Читаем Паутина в мухе полностью

– Хорошо, пошли, – и с этими словами Доминика направилась в школу, как к себе домой, и Ангелине пришлось поторопиться, чтобы не отстать от новой знакомой. Раньше Ангелина не встречала таких быстрых людей.

– У тебя есть план?

– Ты знаешь, где у этого Захара сейчас занятие будет?

– Да, в 210.

– Он сейчас там?

– Звонок через пару минут, поэтому скорее всего да.

– А дети?

– Знаю, что он любит выгонять всех на перемене, чтобы открыть окно.

Доминика секунду помолчала, а потом затараторила, надеясь, что Ангелина поймет все с первого раза и не будет задавать лишние вопросы:

– Зайдешь туда, скажешь, что его где-то там зовут, а сама якобы пойдешь к себе, но на самом деле отправляйся ждать меня… В туалет? Он же есть где-то на этаже? В общем, когда он уйдет, я зайду, проверю его телефон, он должен оставить на столе или где-то еще, главное не забрать с собой, проконтролируй это, пожалуйста. Мне хватит минуты, и потом мы встретимся.

– Ладно, но что ты собираешься проверить в его телефоне?

Все-таки вопросов избежать не удалось.

– Посмотрю его контакты, найду его, так сказать, любовницу. Имея такую информацию, сможешь снова поговорить насчет своего класса. Только ты уверена, что его жена на самом деле не больна?

– Да, мы встретились буквально пару дней назад с ней в магазине. Она крайне общительная женщина и за пару минут успела рассказать, как хорошо она поживает и что собирается в следующем месяце с подругой в Италию. Не думаю, что те, кому нужны деньги на лечение, ездят с друзьями в Италию.

– Тогда все отлично.

Они переступали одну-две ступеньки, чтобы скорее подняться на второй этаж. Возле кабинета Ангелина повернулась к Доминике и прошептала:

– Ты уверена, что это все сработает?

– Ну, тебе же решить проблему нужно сегодня, поэтому приходиться действовать радикально.

Захар Валерьевич и правда сидел за учительским столом в одиночестве и с невозмутимым видом листал учебник пятого класса. Когда он увидел Ангелину, то тут же оскалился, явно уверенный, что выглядит, как хищник, а не клоун. На нем снова был его любимый свитер, и Ангелина сначала подавила в себе желание высказаться насчет отвратительного вкуса Захара Валерьевича, а потом как можно спокойнее и непринужденно сказала, не смотря в глаза:

– Алла очень просила подойти к ней в 308.

– Опять помочь с проектором?

– Ну-у, – задумалась Ангелина. – Мне она не объяснила, просто попросила передать. Звонок скоро, кстати. – на этих словах Ангелина взглянула на часы.

Захар Валерьевич без лишних слов поднялся, оставив учебник открытым, а телефон лежать на краю стола, и вышел за Ангелиной из кабинета.

Когда мужчина скрылся за поворотом, в игру вступила Доминика. Она тихонько, не привлекая внимания, зашла в класс, схватила телефон со стола и с ликованием обнаружила, что при разблокировке не стоит ни пин-код, ни пароль, ни графический ключ.

Наивный, подумала Доминика. Но зато ей не пришлось проводить особые махинации с телефоном, все оказалось проще простого.

Для начала она заглянула в сообщения и в Viber, но не нашла там никаких подозрительных диалогов, что означало, что Захар Валерьевич серьезно подходит к вопросу безопасности и не желает однажды раскрыться. В итоге Доминика открыла его контакты и пролистнула совсем небольшой список. Из двух десятков имен в свой телефон Доминика переписала три: Авторемонт, Алина, Женя. Она хотела на всякий случай записать номер Саши, но звонок не дал ей закончить. Чтобы не встретиться с учениками, Доминика выбежала из кабинета и направилась в туалет, где ее ждала Ангелина.

– Все сделано, – с улыбкой сказала Доминика и показала экран своего телефона сидевшей на подоконнике Ангелине.

– И что теперь?

– Я проверю эти номера по дороге на работу, скину тебе нужный, а дальше ты знаешь, что делать.

Доминика нескрываемо сияла от гордости за проделанную работу и явно ждала широкой улыбки от заказчика. Однако на лице Ангелины как всегда бродила только хмурость и задумчивость, казалось, что ее совсем не интересовало то, что сейчас произошло, или что она вообще уже забыла о своей такой вроде бы важной проблеме. Она рассматривала небольшой школьный стадион за окном и в мыслях подсчитывала количество турников.

– Ну, я пойду? – Доминика вскинула бровь и сделала пару шагов к выходу.

– Постой! – словно очнулась после сна Ангелина. – А кем ты работаешь, если не секрет?

– Следователем в прокуратуре, – без запинки ответила Доминика как отрезала. – Довольно скучно на самом деле, поэтому я хватаюсь за любые возможности развлечься, как ты заметила.

Ангелина слезла с подоконника.

– Никогда не общалась со следователями.

– Все бывает в первый раз, – подмигнула Доминика. – Мне, правда, пора, так что…

– Спасибо тебе! – наконец-то вспомнила о благодарности Ангелина и потянулась с объятиями, но Доминика еще помнила реакцию Ангелины возле школы и поэтому также отскочила, чтобы избежать прикосновения, и засмеялась.

– Звони, если что.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза