Читаем Паутина полностью

Ягуар сам облегчил задачу чекистов: старался держаться ближе к людям, справедливо полагая, что на безлюдной улице он будет бросаться в глаза, хотя бы потому, что его одежда не отличалась опрятностью. Дно оврага, густо поросшее травой и преодоленное Резо по-пластунски, оставило на его пиджаке и брюках заметные следы: пятна грязи и разводы зелени, особенно на локтях и коленях. Затеряться среди людей, как можно меньше обращать на себя внимания — такое поведение Ягуара диктовалось самой ситуацией. Шел он быстро, но неторопливо, уверенно выбирая направление своего пути. Вскоре оно определилось довольно точно: район железнодорожного вокзала. Видно было: Ягуар не сомневается, что ушел из своего логова с чистым «хвостом». Иначе он не подумал бы останавливаться у пивной будки. Раньше, правда, он несколько раз проконтролировал, ведется за ним наблюдение или нет. Как опытный уголовник он, конечно, знал приемы, которые применяются в подобных ситуациях. Резо убедился, что «хвост его чист», и совсем успокоился, подивившись, наверное, про себя еще раз неопытности милиции: она так легко выпустила его из зоны оцепления. Надо сказать, что Ягуар ни разу во время этих проверок не застал оперативников врасплох. У них была задача — выяснить, побежит ли Резо из города или, быть может, он пойдет к каким-то другим своим сообщникам по уголовщине, либо выйдет на явочную квартиру, если он в самом деле был связан с диверсантами, завербован ими и сориентирован на явку в Орджоникидзе.

Когда Ягуар взял направление на Курскую слободку, а это обнаружилось вскоре после того, как он выпил пиво и двинулся дальше, у чекистов забрезжила надежда, что не исключен и последний вариант с явкой, потому что именно Курская слободка была тем районом, где работала «консервная банка».

Ягуар дошел до конечного пункта своего маршрута. Чекисты планировали теперь взять дом старика под постоянное наблюдение и выяснить, что же привело сюда Ягуара и кто этот старик. Пока он ходил в магазин, Ахпол успел организовать с веранды соседнего со стариком дома наблюдение за двором и галереей старика, которые хорошо просматривались, если подняться на перила открытой веранды. Перед ней росло большое ореховое дерево, так что наблюдатель был хорошо закрыт листвой. Однако дальнейшие события опрокинули все планы чекистов. Ахпол, наблюдавший за Ягуаром и стариком через бинокль, видел, как Ягуар во второй раз поднес к губам фужер и как через секунду-две он вдруг отвалился на спинку стула, а старик тут же весьма бесцеремонно принялся обшаривать карманы своего гостя. Ахполу стало ясно: Ягуар мертв. Чекистам ничего не оставалось делать, как только брать старика.

Он сразу признался, что отравил «какого-то прохожего бродягу», но случайно. Человек постучался к нему, попросил напиться, потом сходить в магазин и взять что-нибудь поесть, дал денег. По доброте своей старик впустил к себе прохожего, сходил в магазин, хотел покормить его. Но фужер… Надо было, конечно, ополоснуть его, он не сделал этого, и произошло случайное отравление. Старик вспомнил, что давным-давно его покойная жена, она тоже была врачом, достала несколько крупиц цианистого калия, который нужен был ей для каких-то своих опытов, она увлекалась медицинскими экспериментами. Видимо, остаток яда она положила в этот фужер, забыв предупредить о том мужа. Почем он не налил гостю водку в рюмку? Подумал, гость в доме, фужер красивый… Черт попутал. Откуда деньги, наган, драгоценности? Оказывается, бродяга был вооруженным и состоятельным человеком. Пришлось вынуть все это из карманов, чтобы легче было перетаскивать тело в дом. Он намеревался потом пойти в милицию, сдать наган, все ценности, деньги своего случайного гостя и заявить, как все произошло.

Старик упорно цеплялся за эту легенду даже тогда, когда на чердаке его дома среди разной рухляди чекисты нашли абверовскую рацию и шифровальные таблицы. Хозяин заявил, что он знать ничего не знает, откуда все это появилось на чердаке.

Еще более тщательный обыск в доме дал другую находку: блокнот, куда старик записывал в пору своей активной агентурной работы радиограммы, принимаемые от своих шефов в абвере.

— Зачем вы хранили этот блокнот? — спросил Пикаев.

— Хотел написать мемуары, — криво усмехнувшись, ответил старик. — Должно же у человека храниться что-то от его настоящего прошлого, — тут же добавил он с горечью. — Без прошлого не может жить даже разведчик.

— А гостя-то зачем отравили? — не утерпел Пащенко. Он очень был расстроен столь неожиданным концом Ягуара.

— Такие, как он, нашей разведке уже не нужны, молодой человек. Сейчас другие времена, другие разведки, и им нужны другие люди. А этот…

— Бросьте, — грубо оборвал старика Ахпол. — Не рядитесь в тогу провидца. Если бы у него были пустые карманы, вы бы не тронули его, а постарались бы использовать в своих целях. Жадность одолела, господин разведчик, к деньгам потянуло. Признаваться в этом, конечно, неприятно, но придется.

— Как хотите, так и понимайте, — пожал плечами старик. — Это уже неважно.