— Вполне подходит, — забрал рисунок Паук. — Я отдам это артефакторам. Они сделают тебе сотню. Это стандарт. Не стоит раздавать такие вещи все подряд.

— Понимаю.

Паук кивнул своим заместителям и направился вместе с ними к порталу. Наиль остался один на опустевшей площади. Он аккуратно снял истерзанное тело и положил его у своих ног.

— Лой. Можешь взять его.

Блестящее черное тело, напоминающее змеиное, молниеносно переместилось к лицу мертвеца. Лой с интересом обозрел оставшиеся после пыток раны, после чего вгрызся в глазницу и приступил к пиршеству. Наиль не хотел смотреть на это, так что отвернулся, занявшись очищением пыточных инструментов от крови.

<p>Глава 19</p>

Наиль держал в руках в руках золотую монетку, созданную артефакторами, не зная, смеяться или плакать. На одной стороне был символ Черных Кинжалов — кинжал в окружении девяти капель крови. На другой было отчеканено изображения черепа, скопированное с его маски. И все бы ничего, но у монеты был кроваво-красный цвет. А причиной тому было банальное недопонимание. Изображение своего будущего символа Наиль передавал окровавленными после пыток руками, из-за чего большим пальцем оставил алый отпечаток прямо поверх рисунка. Паук, не потрудившись что-либо уточнять с артефакторами, просто сунул им листок и ушел. Те главу организации так боялись, что не посмели задать вопрос и решили, что цвет крови в рисунке не просто так. В конце концов, в отличие от всех остальных мастеров смерти, Наиль обзавелся кровавого цвета монетами. Это, конечно, выделяло его на фоне остальных, но как-то уж слишком сильно.

— Это можно переделать? — поинтересовался он у Паука, который с таким же интересом изучал полученные «визитные карточки» Жнеца.

— Шутишь? Ладно только золото, но знаешь, сколько стоит вложенная в монеты защита? Каждая монета — ручная работа мастера артефакторики. Нет уж, ходи теперь с такими. Сам виноват! Нечего грязными руками хвататься за рисунок!

Наиль даже растерялся, не зная, что сказать. Он пришел к Пауку сразу же после получения монет и теперь сидел в кресле, нервно крутя в руках монетку и наблюдая, как заваренный Пауком чай медленно остывает, выпуская к потолку тонкие струйки ароматного пара.

— Но они же красные! Я думал, их все золотыми делают, чтобы не было заметно, когда монету передают извозчику…

— Да ерунда это все, — отмахнулся Паук. — Кому надо — те найдут способ монету передать незаметно.

— Ладно…

— Что думаешь дальше? Хочешь еще одно задание?

— Пока что нет. Поеду к сестре, потом загляну на Восточную Заставу. Когда вернусь — проведу экзамен у своей десятки, а уже потом можно будет думать.

— Что за экзамен? Сомневаюсь, что они готовы к выпуску, — нахмурился Паук.

— Не готовы, конечно, им еще года четыре учиться. Но мне нужно знать их прогресс, чтобы правильно подправлять программу.

— Понял. Здесь я вмешиваться не буду. То, что уже из них получилось, очень впечатляет. Хотя я не ожидал, что ты заменишь больше половины группы на других детей.

— Те, кто не понимают своего положения, не должны впустую тратить ресурсы гильдии.

— Согласен, но все же они были очень талантливы.

— Я мог бы промыть им мозги ментальной магией, но это плохо скажется на их обучаемости. Да и не хочу, чтобы здесь знали о том, что я менталист. Пусть менталистом останется Фантом. Так безопаснее.

— Над мягким промыванием мозгов маги-рабы уже работают. Ты был прав, без этого даже кровная клятва — не самый надежный рычаг управления. Нам нужно воспитывать будущих членов организации с детства, а не принимать уже взрослых бойцов. И прививать им верность Черным Кинжалам, как это делают в Гильдии Теней.

— Этого не сделать за один день.

— Разумеется. Слушай, парень…

— Да?

— Тебя все устраивает? Не жалеешь, что пришел тогда?

Наиль довольно искренне улыбнулся. В доме Паука он находился без маски.

— Вы слышали наш разговор с предателем?

— Слышал, — не стал отрицать глава Кинжалов. — Над теми камерами в свое время неплохо поработали артефакторы. Я знаю, что ты связан с Крылатым Змеем, знаю, что именно он тебя учит. Если так, то кровная клятва для тебя…

— Старший, остановитесь. Я пришел добровольно. И уходить не собираюсь. Если вы слышали его слова, то слышали и мои. Ведь я был прав?

— Прав. Если однажды на троне окажется разумный правитель, я готов передать гильдию под его руку. Но сейчас, увы, я не вижу среди кандидатов никого подходящего.

— А пятый принц?

— Принц Итар относится ко всему, словно к игре. Он очень умен и хитер, но это все. Для него нужды королевства интересны только до тех пор, пока это приносит прибыль. Жизнь обычных граждан его совершенно не беспокоит. Он играет с людьми и нелюдями, словно с куклами. С таким подходом он станет катастрофой похуже ныне правящего короля.

— Понятно, — вздохнул Наиль. — Быть может, он со временем станет мудрее.

— Сильно сомневаюсь, — очень серьезно взглянул в глаза Наиля Паук. — Не доверяй ему.