Читаем Патриархальный город полностью

Первым опубликованным произведением Ч. Петреску был рассказ «Письма», напечатанный в журнале «Сэмэнэторул» («Сеятель») в 1907 году, когда автору не исполнилось еще полных пятнадцати лет. Но это был лишь символический дебют: он не заявил о рождении писателя, а лишь свидетельствовал о желании автора стать им. Подлинный литературный дебют Ч. Петреску состоялся в 1922 году, когда вышел сборник его рассказов «Письма рэзеша». Книга эта родилась на страницах возникшего в начале 20-х годов журнала «Гындиря» («Мысль»), печатаясь в нем отдельными фрагментами. «С этого момента, — писал Ч. Петреску, — газетное дело стало для меня только ремеслом, поскольку я старался сохранить неприкосновенным тот дух, который, как я верил, и является моим внутренним литературным призванием»[3].

Переориентация с журналистики (которую, надо сказать, Ч. Петреску никогда окончательно не бросал) на литературное творчество была связана с утратой юношеских иллюзий и прояснением мировоззренческих позиций, чему писатель был обязан первой мировой войне. По его собственному признанию, он пережил «драму поколения, которое ожидало от войны морального очищения и правильной оценки гуманности, но с отчаянием увидело, что в мире ничего не изменилось»[4]. Это была драма того поколения, которое известно в литературе как «потерянное», чье умонастроение отразилось в произведениях Ремарка, Олдингтона, Хемингуэя и других писателей. Душевное смятение румынского представителя этого «потерянного поколения» Ч. Петреску показал в романе «Затмение» (1927).

Вместе с утратой надежд на моральное очищение и обновление, которые должны были якобы явиться следствием войны, сам Ч. Петреску, как и многие другие писатели-реалисты этого времени, изживает давнюю для румынского общества иллюзию, связанную с идеализацией деревенской патриархальности, веры в непоколебимость ее моральных устоев, а отсюда и в ее оздоровляющее моральное начало. Весь этот комплекс идей, получивший в истории румынской литературы название «сэмэнэторизма», по названию журнала «Сэмэнэторул», на страницах которого он и был сформулирован, Ч. Петреску начинает критически пересматривать уже в первых сборниках рассказов «Письма рэзеша» (1922) и «Дорога меж тополями» (1924).

В 1930 году выходит роман Ч. Петреску «Патриархальный город». Писатель не вступает в словесную полемику с идеями «сэмэнэторизма», он художественно, образно убеждает, что никакой незыблемой «патриархальности» не существует, что за внешней, призрачной оболочкой «патриархальных», якобы семейственных отношений царит все то же корыстолюбие, стремление к чистогану, ставшему движущей силой в современном ему обществе.

Освобождение от «сэмэнэтористских» иллюзий укрепляет Ч. Петреску на позициях критического отношения к современной буржуазной действительности. «Патриархальный город» был уже четырнадцатой книгой Ч. Петреску. И писатель, осмысляя пройденный творческий путь и намечая перспективы на будущее, задумывает сгруппировать уже написанные и еще не написанные романы в циклы и создать «румынскую хронику XX века». Писатель осознает себя социальным летописцем своего времени и своей страны. Румынское буржуазное общество видится ему как диалектическое единство социальных противоречий, и поэтому, как пишет о его творческом кредо академик Дж. Кэлинеску, «он стремился «изучить» все слои румынского общества на определенном отрезке исторического времени, проанализировать образ мышления всех социальных классов (боярства, буржуазии, крестьянства), выявить политические отношения между деревней и городом, определить уровень культуры и установить источники некоторых тенденций»[5] (политических и идеологических. — Ю. К.).

Один из циклов своих романов из «румынской хроники XX века» Ч. Петреску назвал «Столица, которая убивает», другой — «Городишки, в которых гибнут». Из первого цикла советскому читателю известен роман «Улица Победы», в румынском звучании — «Каля Викторией» (по названию главной улицы Бухареста). «Патриархальный город», роман, с которым предстоит познакомиться советскому читателю, принадлежит ко второму циклу. Даже по названиям циклов нетрудно заметить, что и столицу и «патриархальный», то есть провинциальный город Ч. Петреску расценивает как место гибели людей, если не всегда в прямом смысле, то всегда в смысле гибели всего человеческого в людях, всего гуманного.