Читаем Патриарх Тихон полностью

Усердно молим Вас, Ваше Святейшество, принять в свою отеческую любовь нас, братчиков, объединившихся у раки с священными останками одного из славных строителей Древней Руси, благоверного князя Александра Невского, и призвать Божие благословение на наш скромный труд посильного служения Церкви и Родине.

Братство при Свято-Троицкой Александро-Невской лавре

Ваше Святейшество!

Не считая себя вправе беспокоить Вас при Вашей многосложной деятельности личной аудиенцией, позволю себе обратиться к Вам настоящим.

Ввиду всех тех событий, кои имели место в течение 1917 года, к данному моменту я оказался в положении человека, окончательно выбитого из колеи и очутившегося на распутье с вопросом: «Что дальше делать?» В начале революции я, как член ныне гонимой партии Народной свободы, проявил максимум энергии укрепить новый строй и научить наш во всех отношениях темный народ. Однако вскоре я убедился, что положение становится все более угрожающим. Попробовал я, по поручению партии, агитировать в деревне, но, к сожалению, безуспешно — кадеты мало обещали. Выступал я с публицистическими статьями в «Одесском листке», проводя идеи церковности и государственности. Это было лучшее в моей деятельности во время революции.

По воле Божией мне суждено было перебраться в свой родной город Москву, где в первый же праздничный день я попал на заседание приходов Пречистенского сорока, где и имел высокую честь познакомиться с Вами. Далее началось обсуждение патриаршего вопроса, к коему я, говоря откровенно, относился безразлично, и скорее отрицательно вначале. Но вот пришло большевистское восстание, и под влиянием мерзости хамодержавия и штыкократии мое отношение изменилось. Я искренне приветствовал восстановление патриаршества и затем Ваше именно Богом избрание. Поэтому меня и побудило отправиться в лавру поздравить Вас.

Чему я так обрадовался? Я имел честь быть офицером, был на хорошем счету и любим солдатами. Вот после восстания большевиков, задав себе вопрос: «Что дальше делать?» — я, к ужасу своему, ответа не нашел. Ехать в армию было и есть бесполезно, так как не далее как вчера офицер с фронта мне передавал, что там солдаты заставляют офицеров насильно пить водку и идти в немецкие окопы брататься с немцами. Здесь служить я также не могу, так как продавать совесть не могу, а служить с большевиками — значит продавать совесть и душу. Уехать от дел в именьице считаю бесчестным, да оно и разграблено. После долгих размышлений, зная, что в Вашем трудном служении Вам нужны верные люди, а себя я считаю верным Вашим духовным сыном и верным слугой Церкви, я и решил предоставить себя со всеми моими качествами, дурными и хорошими, в Ваше распоряжение. Причем прошу не счесть это за желание порисоваться. Нет, я знаю, что только под Вашим руководством и при служении Святой Церкви я смог бы служить, не торгуя своей совестью, не за страх, а за совесть. Да ведь и из моей присяги осталось одно — царя нет, Отечество также рушится, и нетронутой пока еще осталась святая вера православная, коей я и стремлюсь посильно служить. Последние киевские события — украинская автокефалия, в коих я вижу попытку разрушить последний наш оплот — православие и тем лишить русских людей последней связи, еще более утвердили меня в моем решении.

Таким образом я всецело предаю себя в Ваше, Ваше Святейшество, распоряжение, готов исполнить в любое время с радостью любое послушание и поручение, какое будет признано Вами нужным на меня возложить. По первому Вашему требованию готов явиться к Вам и всеми своими скромными силами служить Вам и Святой Церкви.

Проживаю я по улице Волхонке, дом 15, кв. 5 и по праздникам всегда бываю в храме Христа Спасителя.

Прошу Ваших святых молитв себе и своей семье и остаюсь искренне и неизменно преданным Вам и Святой Церкви недостойный сын

штабс-капитан Николай Николаевич князь Дулов.

Ваше Святейшество Святейший Владыка, Всемилостивейший благодетель мой о Христе Иисусе, Великий Патриарх!

Смиреннейше прошу: прости, Христа ради, что осмеливаюсь Вам писать в простоте сердца, как родному отцу и благодетелю. На днях видел я трижды замечательный сон. Как будто Вы изволили служить литургию и трижды заставляли меня чистить Ваши облачения, каковое было в нескольких местах в грязи. А последний раз выставили ногу и сказали: «Почисти сапоги».