– Нет, Бруно, не знаю; однако же кое-что доподлинно известно – огонь, как говорил упомянутый сегодня наш с тобою общий знакомый, очищает все. Ignis sacer[136], господа.

– Откопать полусгнившие кости и сжечь? – покривился тот скептически; Курт качнул головой:

– Нет. Не кости. Кости – ерунда, хотя и их в тот же костер не помешает, но – нам надобна флейта. В первую очередь следует уничтожить ее.

– Деревянная флейта?.. – с сомнением возразил Ланц. – Сгнила еще до твоего рождения. Абориген, это мокрый речной берег, и с тех пор прошло сто лет…

– Сто шесть. Но это неважно. Что-то мне подсказывает, что лежит она в груде сопрелых останков целехонька.

– Твои новые знания? – уточнил Ланц. – И что конкретно они говорят?

– Это не просто флейта, и будь она хоть сшита из осеннего листа, а найдем мы ее нетронутой. Не станем вдаваться в подробности; прошу поверить на слово.

– Дело за малым, – хмыкнул подопечный угрюмо. – Найти могилу, о месте расположения которой знают покойные жители Хамельна, покойный священник и покойная дочка малефика. Как насчет твоих тайных знаний из секретной библиотеки? Некромантия там упоминается?

– А как же, – в тон ему откликнулся Курт. – Как один из самых первостепенных пунктов – при составлении обвинительного акта.

– Шутки шутками, однако ж, Хоффмайер прав, – невесело согласился сослуживец. – Отыскать могилу Крысолова невозможно; свидетелей нет в живых, а наш святой отец оказался недостаточно предусмотрительным и точного места в своих записях не указал. То ли не сообразил, то ли надеялся, что Конгрегация займется этим вскоре, и нам будет у кого спросить…

– Может, поинтересоваться сейчас у отца Юргена, не передается ли в их семействе еще и это – на сей раз устно? – предположил Бруно нерешительно. – Как знать…

– Нет, – вздохнул Ланц, безнадежно отмахнувшись. – Если покойный столь свято блюл данное слово во всем прочем, то не обмолвился и об этом тоже. Отцу Юргену ничего на этот счет не известно, ручаюсь; однако ж, справиться не помешает…

– В нашем распоряжении два варианта действий, – довольно бесцеремонно прервал его Курт. – А именно. Первый вариант – это послать запрос в Кёльн и вызвать сюда нашего эксперта. Минуло, конечно, уже невесть сколько лет, однако же место, где было убито более сотни детей и был заживо закопан человек, обладающий некими способностями, надеюсь, должно подать знак – ну, хоть какой-то, хоть слабый отголосок, нам бы и этого хватило. Голубь осилит путь за считанные часы, и даже если Штойперт также убьет на дорогу сутки, уже послезавтра он будет здесь.

– А второй?

– А второй, Дитрих, это Хельга Крюгер.

– Полагаешь, – вновь язвительно вклинился Бруно, – она, как та флейта, бессмертная?

– Полагаю, – терпеливо ответил Курт, – что уж она-то слова своего столь неуклонно не соблюдала. Разумеется, девчонка в десять лет сообразила, как уже упоминалось, что о своей биографии распространяться не стоит, однако опасливость опасливостью, а человеческая слабость – сама по себе… Человек тайн долго сохранять не может. Всегда тянет поделиться. Девчонка подросла, приобрела подружек, мужа, детей; уж если и не вскоре после тех событий, если не подружкам и не мужу, если даже и не духовнику, то хоть детям, хоть на смертном одре – наверняка проболталась.

– И тем не менее, – возразил подопечный вновь, – как ты себе вообразишь это? «Дети мои, на случай, если возжелаете отрыть косточки вашего сумасшедшего дедушки, то могила его – вот, я вам на карте крестиком отмечу»; глупо. К прочему, святой наш отец не озаботился упомянуть имен тех, на чьем попечении она осталась. Лучше звать эксперта. Это мое мнение, если оно кого-нибудь интересует.

– Забавно, но я согласен с Хоффмайером, – вздохнул Ланц; Курт кивнул:

– Понимаю. Я более склонен к тому же. Однако предлагаю, тем не менее, посетить этот Фогельхайм… Знаешь, где это? Далеко?

– Верхом – часа три, если галопом.

– Ну, пусть даже четыре. Недалеко. Пускай не точное место погребения, но – неведомо, что именно нам доведется там узнать еще; быть может, какие-нибудь сведения, имеющие немаловажное значение, и сведения эти надо будет иметь в виду, запрашивая сюда эксперта. Или, как знать, приглашать придется не его одного. Или… Да мало ли что. Предпочитаю составить вначале полную информацию о деле; по крайней мере, сколь это возможно. С этим кто-нибудь станет спорить?

– С тобой спорить, абориген, что против ветра… гм… Да, – вздохнул Ланц, тут же посерьезнев. – Логика в твоих словах немалая.

– Стало быть, времени терять не будем – едем, – решительно подытожил Курт; тот насупился, кивнув в сторону двери, за которой скрылся отец Юрген:

– А завтрак? С утра пристал с ножом к горлу «умираю с голоду», а теперь что? За полчаса никуда твои потомки малефика не денутся – ждали сто лет, подождут и еще; если сейчас наш святой отец узнает, что напрасно суетился, накрывая стол, он нам этого не простит до конца дней своих.

Глава 17