Он первым подскочил к раненым, пытаясь спасти тех, кому ещё можно было помочь. Люди мелькали с носилками, вытаскивая полуживых на свежий воздух, а Джек ворочил окровавленые тела. Он всё время выкрикивал имя своего учителя. Но тщетно, поддон опустел, а вместе с ним и надежда найти Гарри. Словно не свои ноги несли его по залитой кровью тропе туда, куда сносили всех раненых. "Может я проморгал его? Ведь не мог же он остаться там, внизу?” На улице, подле стеллы, где ещё днем стояла сотня солдат, теперь лежали тела и те, кто вот-вот готовился отправиться к Спасителю. "Как такое возможно? Кучка рабов перебила опытных и вооруженных солдат?" Разум отказывался верить во всё происходящее в этот момент.

— Руби канаты! — знакомый голос выкрикнул из толпы.

Джек сразу узнал его. Райли. Если этот выжил, значит и Гарри жив! Кинувшись со всех ног, он, словно буря, налетел на окровавленного и обезумевшего горбуна, схватил его за плечи и закричал:

— Где Гарри? Где? Говори!

Тот лишь указал рукой в сторону столовой, где, оперевшись спиной о стену, одиноко сидел человек.

— Отпусти! — отмахнувшись, горбун схватил топор и направился к тоннелю, зазывая остальных рубить канаты.

Нерешительно и с опаской Джек подошёл к раненому. Не было сомнений, что это Гарри. Но жив ли он?

— Гарри?

— Скорее, то, что от него осталось, — съязвил учитель.

— Ты как?

— Могло быть и лучше.

— Что произошло? — Джек принялся осматривать его раны.

— Нас перебили, как щенят. Но это были не люди, — Гарри закашлялся и сплюнул кровью.

Вид у него был плачевный. Левая рука лежала поверх брюха, прикрывая распоротый живот. Кольчуга не спасла, её разорвали словно тряпичную рубаху, распоров плетение.

— Чем это тебя так?

— Когтями, — сухо ответил учитель.

— Когтями?

— У этих тварей безумно острые когти и хвост.

— Что ещё за твари?

— Да я и сам толком не понял. Сперва мы натолкнулись на обезумевших рабов. Они кидались на нас голые с кирками и камнями. Разобрались с ними быстро. Потом начался ад. Из-за спин рабов по потолку и стенам поползли отродья. Тела похожи на человеческие. Вместо лиц вытянутая морда и пасть, набитая клыками. Длинные лапы, а когти с лезвие ножа. Опасней всего оказался хвост. Зависая на потолке, они словно копьём орудовали по нашим людям, пронзая их в один удар. Мы подняли щиты и стали отходить. Томас ударил по деревянным опорам и обрушил тоннель. Твари и часть наших ребят остались под грудой породы.

Гарри снова закашлял и скорчился от боли, но вскоре продолжил:

— Мы бросили щиты и кинулись обратно к подъёмнику. Но упыри поодиночке нагонялим нас. Эти крики! Они до сих пор не смолкают у меня в ушах. У подъёмника, когда мы уже поверили в спасение, на нас напали. Мы бились и падали замертво, пока не заработал механизм. Один уродец спрыгнул на меня и ударил. Единственным касанием распорол мне кольчугу. Он бы прикончил меня, но Томас размозжил ему башку своей дубиной и помог мне залезть на поддон. На той гадине были такие же татуировки, как на одном из рабов, которых доставил торгаш, — Гарри склонил голову. — Томас выбраться не успел. На него сразу накинулись твари. Но видит Спаситель, даже тогда он не произнес ни слова. Как жил молчуном, так и умер.

Грохот раздался из пещер, и столб пыли ринулся наружу. Канаты срублены. Подъёмник рухнул во тьму. Теперь-то им сюда не подняться.

— Это их не остановит, тебе нужно бежать Джек, — словно прочитав мысли, сказал Гарри.

— А как же ты?

— Со мной кончено, а вот у тебя ещё есть шанс.

— Я не брошу тебя!

— Ещё как бросишь! Ты мне уже ничем не поможешь, — очередной приступ кашля, — а вот своему брату, да.

От услышанного у Джека отвисла челюсть.

— Но как?

— Да вот так! Я же старший надзиратель.

— Но почему ты мне раньше не сказал, что знаешь?

— Неважно. Бери братца, и валите отсюда. Но только не в порт, там будет резня. Весь этот бунт очень похож на спланированное нападение. "Золотые" рабы, восстание, твари — в такие совпадения я не верю. Ещё мне вчера сообщили, что корабль богатого ублюдка стоит рейдом неподалёку от острова. Думаю, он мчится к пристани или уже причалил. Значит вторая волна атаки будет с моря, и порт окажется ловушкой.

— Но куда тогда бежать?

— На маяк, к пастырю. Через два дня туда причалят контрабандисты с ними и отплывёте. И ещё одно. Помнишь в моем саду куст с белыми большими цветами?

— Да.

— Под его корневищем я зарыл все свои деньги. Как всё здесь устаканится, наведайся и забери. Это мой тебе подарок, — с улыбкой на лице проговорил Гарри, но вдруг замер и устремил свой взор на гору. — Они уже здесь.

Силы покидали Гарри, и говорить становилось всё труднее.

— Беги.

— Но я не оставлю тебя им!

— Оставишь! — Гарри оттолкнул от себя Джека.

— Но ты же мне как отец! — откровением для обоих прозвучали эти слова.

— Знаешь, малец, ты только что сделал меня самым счастливым из всех. Теперь даже умирать не страшно. Ведь я знаю, моя жизнь прожита не зря. — слёзы потекли по лицу Гарри. — А, проваливай уже, сын.

Поднявшись, Джек обнял старика и прошептал:

— Спасибо, отец.

Глава 6