Читаем Пасть полностью

— Обрубками припоя. Бывали такие случаи. По большой беде их и для охоты используют, если нет дроби. Заряд тяжёлый, летит хорошо и мягкий, ствол не царапает.

— Э-э-э… тут другой припой был… Вот взгляни…

Доктор извлёк из кармана пиджака и протянул Граеву маленький прозрачный пакетик, в котором лежали два небольших, сантиметра по полтора каждый, почерневших обрубка проволоки — тоненькой, жёсткой, не похожей на обычный оловянный припой. Заряжать такой ерундой ружьё было глупо — разлетятся во все стороны и метрах в восьми или десяти лишь царапнут по цели; обрубки гвоздей и то, пожалуй, пригоднее…

— И что же это за припой?

— Стоматологический, для пайки протезов. В нём больше трети чистого серебра.

— Интересно, — без особого интереса сказал Граев, не сильно заинтригованный ещё одной странностью в деле, и без того перегружённом непонятным. — Его трудно достать?

— Проще простого. Есть масса частных магазинов для стоматологов, в любом продадут и документа не спросят.

— Тогда это не след.

— Дело не в этом, Граев. Парень умер не от раны в сердце! Понимаешь? Он прожил с ней два часа и вполне мог выжить.

Тут Граева наконец проняло. Он медленно, с расстановкой, спросил:

— Так от чего он умер?

— Задохнулся. Точнее, отравился…

— ???

— Гемоглобин. Ты слышал, что в молекуле гемоглобина переносчиком кислорода является атом железа? Так вот, у него началась активнейшая реакция замещения иона железа ионом серебра… Небывало быстрая реакция… У людей такое бывает, но не такими темпами и с другими металлами. С серебром — никогда…

Граев вдруг понял, куда клонит доктор. Отнюдь не к зеленокожим человечкам из тарелочки.

Даже детям известно, кого можно убить лишь серебряной пулей. Ликантропа. Вервольфа. Перекидыша. Или, говоря попросту, оборотня. Версия с Колывановым-инопланетником понравилась бы Граеву больше…

Как относиться к словам Марина, он не знал. С одной стороны, многолетний опыт свидетельствовал, что на суждения и выводы доктора можно полагаться уверенно. С другой — надо думать, все нынешние пациенты психушек тоже были нормальными — до определённого, критического момента. Так ничего и не решив, Граев решил дослушать доктора до конца.

— В общем, всем его органам в последние минуты катастрофически не хватало кислорода, патологические изменения характерные — мозг забирал всё себе…

Граев не стал корить себя за прокол. За то, что не поискал на губах и под ногтями следы асфиксии. Ночью, под фонарями… Да и дыра в боку сразу пустила мысли в другое русло.

Марин продолжил:

— Но сами органы, да-а-а… Сердце, кстати, до самого конца работало как часы — нашпигованное этой гадостью.

— Так что с органами? — мрачно спросил Граев, решив не удивляться, если доктор скажет, что у покойного было две печени или три почки…

— Не знаю, Граев, это трудно выразить… Я вскрыл сотни трупов… Каждый орган сам по себе в пределах допустимого… но всё вкупе производит одно впечатление — так не должно быть… Одни здоровые, как у младенца… другие в крайней стадии истощения, чуть ли не атрофированные… странное такое впечатление, что он умер в середине непонятного процесса. Избирательного старения?., или, наоборот, омоложения?.. Но бурные изменения в организме в эти два часа перед смертью происходили…

— А что с волосами?

— Не знаю. По крайней мере не сбриты. И не выдернуты — луковицы не повреждены. Просто выпали. От чего — неясно. Следов химио — или радиотерапии нет. Элементарно облысел всей поверхностью тела. Причём совсем недавно…

Граев успокоился — пока доктор не говорил ничего, противоречащего здравому смыслу и логике. Ну а в точности его диагнозов сомневаться не приходится.

— Значит, можно резюмировать: Колыванов был болен какой-то редкой болезнью. И диагностировать её сейчас нельзя. Интересно… Могла она повлечь психические отклонения?

— Ничего-то ты не понял… И ничего тут нельзя резюмировать без глубоких исследований… Для начала цитологических. Мне кажется, если изучить повнимательнее его клетки — много чего интересного всплывёт… Мышцы… Граев, такое невозможно — признаки гипертонуса и миопатии[8] — в одних и тех же мышцах! И то, и другое — в крайней стадии… Аналогия — если бы он загнулся от ожирения и дистрофии одновременно… Или одновременно за — мёрз и сгорел… Кости… Жёлтого костного мозга практически нет! Просто нет! Только красный! Как у ребёнка, как у растущего организма! Ты знаешь, что по составу костного мозга можно приблизительно определить возраст? Так вот, этому — года три, не больше… А коллаген… А надкостница… С такой надкостницей… Часть заряда шла кучей, сломала ребро… Оно срослось! За эти два часа! Паша, я могу читать тебе лекцию ещё долго, вывалив кучу специальных терминов, но… Поверь мне на слово и пойми: ЭТО НЕ ЧЕЛОВЕК!!! Я глянул его кровь на камере Горяева — это не человеческая кровь… Человек с такой кровью просто бы не выжил.

— Так он и умер…

— Не от этого, совсем не от этого… Пойми, Граев, это уже был не человек…

— А кто же? — снова погрустнел Граев.

— Не знаю! Но ни один человек не смог бы так легко перенести заряд, изрешетивший сердце…

Граев подумал и вспомнил кое-что: