Олег Солод

Партизаны. Судный день

Пролог

Утром погожего летнего дня в одном из деревянных домиков затерянной в лесах российского северо-запада бывшей военной базы за массивным деревянным столом сидел молодой тридцатилетний мужчина в полевой форме лейтенанта.

Перед ним лежала раскрытая тетрадь в косую линейку. Пожелтевшие страницы выдавали ее весьма почтенный возраст.

Мужчина что-то старательно писал с помощью давно забытого большинством наших современников пера-самописки. Перо, которое приходилось то и дело обмакивать в чернильницу, отвратительно скрипело, заставляя его страдальчески морщиться. Массивный сосуд с чернилами стоял рядом с тетрадью, частично закрывая вырезанную на столешнице аббревиатуру «ДМБ-91».

По-видимому, на кончике пера застряла волосинка, потому что мужчина, прекратив писать, подошел к открытому настежь окну, внимательно осмотрел перо на свет и поколупал пальцем. Закончив эту процедуру, он выглянул в окно и осмотрелся. Что-то из увиденного сильно его заинтересовало, потому что мужчина, оставив перо лежать на подоконнике, быстро пошел к выходу. Тем не менее, проходя мимо стола, он не забыл закрыть тетрадь со своими записями.

Захлопнутая дверь через некоторое время сама собой отворилась. Неминуемо возникший сквозняк быстро добрался до тетради. Обложка, на которой чуть ниже портрета Максима Горького было аккуратно выведено: «Дневник командира группы Ю.Я. Синицына», затрепетала и быстро сдалась на милость воздушного потока, открыв глазу убористо исписанную страницу. Страница начиналась с заголовка «Предыдущие дни»…

* * *

«Предыдущие дни» (ПОДЧЕРКНУТО.)

Никогда не думал, что мне придет в голову завести дневник, но все происшедшее настолько невероятно и возмутительно, что имеет смысл отразить некоторые подробности на бумаге. Во всяком случае, если с нами что-нибудь случится, те, кто найдет эту тетрадь, узнают все.