Читаем Партизанство полностью

Наряду с демагогической болтовней о реформах и широкой кампанией по привлечению в колонии поселенцев португальские колонизаторы усиливали вооруженное давление на повстанцев. Получив много современного вооружения, португальское командование в начале 70-х годов предприняло ряд попыток перейти к противопартизанским наступательным операциям широкого масштаба. В северном и западном Мозамбике была осуществлена серия воздушно-десантных операций с применением аэромобильных сил, проводимых последовательно с востока на запад.

В Гвинее-Бисау португальское командование безуспешно пыталось расколоть сплошной фронт партизанских районов и оттеснить повстанческие силы к северным и южным границам. Провал этих наступлений привел к дальнейшему ожесточению войны. Одной из основных целей, которые преследовали португальские колонизаторы, писал А.Кабрал, является «продолжение насильственного разрушения человеческих и материальных ресурсов, которые служат основой победоносного развития нашей борьбы». Ее проявления – террор против руководящих деятелей освободительной борьбы, уничтожение посевов (напалмом, гербицидами, ядохимикатами) в районах, занятых повстанцами, что приводит к массовой гибели населения.

В Анголе, например, основные наступательные действия велись против освобожденных районов, организовывалась их блокада, наносился вред посевам, терроризировалось население.

Одной из новых форм «устрашения» государств, ставших на путь независимости или оказывающих помощь национально-освободительным движениям, являлось ведение диверсионно-подрывных действий, начиная от отдельных нарушений границы до налетов бомбардировочной авиации и крупных рейдов – средств, взятых из арсенала американского ЦРУ и использовавшихся во Вьетнаме, на Кубе, в Гватемале и других странах.

Заместитель премьер-министра Израиля И.Алон в книге «Создание израильской армии», изданной в Лондоне в 1970 г., предал огласке стратегию «превентивных ударов», суть которой заключается «в праве» выйти за линию прекращения огня «в небольших масштабах или в виде крупного превентивного контрнаступления».

Подобные «превентивные» действия против освободительных сил внутри страны и соседних африканских государств планировались и осуществлялись ЮАР. Боязнь массовых выступлений трудящихся находило широкое отражение во внутренней и внешней политике ее правительства.

Важную роль в этом играла политика апартеида (раздельного расселения африканцев в бантустанах), которая привела к раздроблению территориального единства африканского населения, затруднила экономические, политические и культурные связи не только между европейцами и африканцами, но и различными африканскими народностями. Пытаясь при помощи этой политики замедлить процесс формирования единой национальной общности, южно-африканские расисты стремились ослабить базу для развертывания общенациональной освободительной борьбы как мирного, так и немирного характера. Общенациональное вооруженное восстание, вынужденное опираться на изолированные очаги, как показывает опыт Конго (Леопольдвиль), быстро теряет свою способность к распространению, становится более уязвимым в военном отношении.

Создание бантустанов и выселение рабочих-африканцев из городов в удаленные поселки, по замыслу правительства, должны были сделать крупные промышленные и административные центры оплотом расистского режима. Размещение промышленных центров по границам бантустанов, объясняемое необходимостью участия в производственном процессе белых рабочих, которые проживать там не имеют права, затрудняло создание даже в крупных бантустанах самостоятельных опорных баз вооруженного сопротивления.

Таким образом, южно-африканские расисты пытались ликвидировать одним ударом как социально-этническую, так и территориальную базу освободительного движения.

Военная доктрина ЮАР предусматривала использование в противоповстанческих целях всех видов вооруженных сил, а также практически всего «белого» населения. Вооруженные силы обучались действиям в городах, комбинированным облавам и прочесыванию в сельской местности с участием реактивной авиации и вертолетов.

Во внешней политике особое внимание придавалось изоляции страны, «нейтрализации» вероятных «баз вторжения», в первую очередь Замбии. Изоляцию южно-африканские расисты пытались осуществить путем выдвижения вооруженных сил для блокирования границы и совместных боевых действий против партизан в Анголе, Родезии и Мозамбике; усилением прикрытия побережья патрульными судами береговой обороны; созданием крупных полицейских пограничных патрульных сил по северной границе ЮАР (вторая линия «обороны» после реки Замбези), крупных ВВС и развитой сети противовоздушной обороны. «Нейтрализация» вероятных «баз вторжения» осуществлялась путем непрерывного экономического, политического, дипломатического и военного давления на окружающие африканские страны. Иначе говоря, вокруг ЮАР «заблаговременно» пытались создать примерно такую же «непроницаемую» блокаду, как и вокруг Алжира во время войны.