Читаем Партизанство полностью

Война всегда является борьбой, где каждая из двух сторон стремится уничтожить другую. При этом, кроме силы, они прибегают и ко всякого рода уловкам и маневрам, чтобы добиться результата. Военная стратегия и тактика – это выражение целей и задач рассматриваемой военной группировки, а также способов их достижения и решения, с учетом использования всех слабых сторон противника. Если рассмотреть боевые действия каждого подразделения огромной регулярной армии, можно обнаружить те же самые характерные особенности ведения боя, что и в партизанской войне. Здесь и дерзость, и ночной бой, и внезапность. Если же эти факторы не всегда используются, то причина кроется в том, что не всегда возможно усыпить бдительность противника. Но так как партизанский отряд является отдельной самостоятельной группой и, кроме того, в партизанской войне имеется обширная территория, неконтролируемая противником, партизаны всегда могут использовать фактор внезапности, и их долг сделать это.

«Укусит и убежит» – так в пренебрежительном тоне нередко отзываются о действиях партизанского отряда. Да, именно так он действует: укусит, убежит, ждет, подстерегает, снова кусает и снова бежит, не давая покоя врагу. На первый взгляд может показаться, что эта тенденция к отступлению, к уклонению от открытого боя является отрицательной. На самом же деле это просто особенность стратегии партизанской войны, конечная цель которой подобна конечной цели любой другой войны – добиться победы, уничтожить противника.

Точно установлено, что партизанская война является лишь этапом обычной войны, и потому одной партизанской борьбой нельзя добиться конечной победы. Партизанская война является одним из начальных этапов войны, она развивается вплоть до момента, когда постоянно увеличивающаяся партизанская армия приобретает характер армии регулярной. С этого момента она готова нанести решительные удары по врагу и добиться победы. Окончательная победа всегда будет результатом действий регулярной армии, хотя зарождается она в борьбе партизанской армии».

Тенденция создания войскового партизанства была подкреплена и опытом Первой мировой войны, оттянувшей на рубежи столкновения регулярных армий все силы и средства. Об этом уже шла речь. Малая война, иррегулярные формирования и действия оказались оттесненными на второй план. Между тем уже в апреле 1916 г. за линией фронта действовали уже до 50 конных и пеших российских партизанских отрядов численностью от 65 до 200 человек каждый. Однако с активизацией действий главных сил и продвижением линии фронта внимание командования к ним стало ослабевать, началось их преобразование в укрупненные «отряды особого назначения», а затем и слияние с основной массой регулярных войск, о чем можно было только сожалеть.

Большое впечатление на весь мир производил в то время ход борьбы народов Северо-Западной Африки – Марокко и Республики Риф, которые успешно применяли партизанскую тактику и благодаря этому наносили чувствительные поражения лучшим европейским армиям, в том числе и французской, по праву снискавшей себе международный авторитет в победоносной борьбе с не менее могущественным противником в годы войны. Покорение этого региона началось еще в XVI в. португальцами. Но они перед лицом плохо вооруженного, постоянно уклоняющегося от открытой борьбы и наносящего ощутимый урон противника вынуждены были уступить свое место испанцам, к которым в последующем присоединились и французы. За эти долгие годы перед многими поколениями обороняющихся африканцев как бы прошел нескончаемый парад европейских армий, непрерывно совершенствовавших свой облик и устройство, вооружение, боевые порядки и способы действий, но не только не сумевших добиться военной победы, но и уберечься от окончательного и потрясающего по своим масштабам поражения.

Например, испанцы в 1924 г. оставили 2/3 захваченной ими ранее территории, потеряли 30 тысяч человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Несколько десятков бандитов, как их оценивали официальные источники, применяя те же тактические приемы, что и их предки, используя чуть ли не то же вооружение, измотали непрерывными внезапными нападениями 150-тысячную регулярную армию.

Французы действовали несколько разнообразней и успешней, сочетая карательные походы с мероприятиями по социально-политическому умиротворению, но всегда прибегали к масштабной демонстрации силы и решимости ее применить, чтобы предотвратить ее неэффективное применение.

Ход и результативность борьбы африканцев не оставались незамеченными и в России. М.В.Фрунзе, например, внимательно отслеживая оперативную обстановку на далеком ТВД, отмечал, что опыт Марокко обнаруживает поразительное сходство с нашим Кавказом. При этом он имел в виду не ландшафт, а именно динамику и особенности вооруженной борьбы.