Читаем Партизанский комиссар полностью

Юра вскочил и тоже побежал вслед за матерью. Только Радик, как взрослый, остался с мужчинами. Он не шевелясь, с напряженным вниманием вслушивался в разговор своего отца с дядей Василием.

- Знаешь, Вася, - продолжал Семен Васильевич, - когда я услышал о нападении Германии, первая моя мысль была, что сегодня, когда над Родиной нависла такая опасность, мое место - в армии! Ведь я - кадровый политработник, с военным опытом!.. Ты меня окончательно убедил: завтра же я должен поехать в Харьков, в штаб военного округа и просить о возвращении меня в кадры и направлении в действующую армию!

- Правильно, отец! - воскликнул Радик, молчавший до сих пор. - Я бы тоже так поступил на твоем месте.

- Спасибо, сынок, - ответил Руднев, с любовью посмотрев на сына. - А ты что скажешь на это, Василий?

- Думаю, что поступишь правильно. Сейчас твое место - в армии...

О многом переговорили в этот день два брата. И какого бы вопроса они ни касались, неизбежно возвращались к трагическим событиям, начавшимся сегодня на рассвете на западной границе. И всякий раз оба приходили к одному и тому же выводу: как бы ни была тяжела война, враг будет разбит, победа будет за нами!

ЛИХА БЕДА - НАЧАЛО

На следующий день Руднев отправился в Харьков, в штаб военного округа. Полковой комиссар, пробежав глазами краткий, горячий, как клятва, рапорт Руднева откинулся на спинку кресла и после паузы произнес:

- Та-а-к... К сожалению, сам я не могу решить этого вопроса. Вам придется подождать часок, пока я доложу о вас начальству.

Спустя два часа Руднева принял начальник политуправления округа.

- Мы ознакомились с вашим рапортом, товарищ Руднев, - сказал он мягко и, как показалось Семену Васильевичу, благожелательно, - но к сожалению, вашу просьбу удовлетворить не сможем.

- Значит, не справляюсь, - воскликнул Руднев.

- Что вы? Как вы могли так подумать? - ответил генерал с укоризной. Мы бы с удовольствием, хоть сегодня, вернули бы вас в кадры. Нам вы очень нужны. Но из ЦК партии Украины поступила команда: вам следует оставаться на месте и продолжать работать в Осоавиахиме, готовить молодежь. Там вы сейчас нужнее!

На этом разговор окончился.

Руднев ушел. Многое передумал Семен Васильевич, пока возвращался в свой родной Путивль...

По мере того как над районом нависала угроза вражеской оккупации, а учеба в Путивльском Осоавиахиме принимала все более активный и суровый характер, Руднев все более убеждался, что нужен здесь.

С первых дней войны на базе районного осоавиахимовского клуба был создан истребительный батальон. Командиром его стал, разумеется, сам Руднев. А начальником штаба назначили члена районного комитета Осоавиахима верного помощника Семена Васильевича - Григория Яковлевича Базыму. Коммунист с большим стажем, он участвовал в годы гражданской войны в ликвидации банд Зеленого под Киевом.

Базыме исполнилось уже 53 года, и мобилизации он, разумеется не подлежал. Но желание Григория Яковлевича остаться в тылу врага, чтобы вместе с Рудневым поднимать народ на борьбу, совпало с планами райкома партии.

Без устали тренируя и обучая молодежь, Руднев везде был вместе с этими ребятами, которых знал, как своего родного сына Радика. Занятия проводили днем и ночью, в любое ненастье.

Подрывное дело Семен Васильевич досконально изучил еще в тридцатые годы, в специальной партизанской школе. И верный своему неизменному железному правилу, он показывал самое трудное лично: быстро закладывал аммонал под рельс, вставлял взрыватель, потом ловко привязывал к кольцу чеки шнур и, отойдя на безопасное расстояние, выдергивал чеку...

Наряду с ребятами-допризывниками теперь в так называемом истребительном батальоне проходили стажировку и военнообязанные, отобранные райкомом партии люди.

Всего в истребительном батальоне Руднева было сорок пять человек, большинство - молодежь, то есть комсомольцы. Жили пока по домам, чтобы ничем не привлечь постороннего внимания.

Собирались, когда надо, по удару колокола, вроде продолжая прерванные занятия. А потом перешли на казарменное положение. Днем и ночью охраняли мосты, почту, телеграф, подступы к городу, так как в любое время можно было ожидать вражеского воздушного десанта.

Спокойные ночи выдавались не часто. Но такой напряженной жизнью жил весь район.

В первых числах августа фронт уже приблизился к путивльской земле настолько, что пришлось принять ряд конкретных мер на случай вражеской оккупации.

Коммунисты и комсомольцы всем сердцем восприняли слова из обращения Сталина, который призвал советский народ создавать в занятых врагом районах партизанские отряды и наносить любыми средствами урон ненавистным захватчикам.

Вопрос о том, каков призывной возраст старых большевиков, даже не дискутировался. Многие "старики", ветераны войны и труда вслед за председателем Путивльского горисполкома Ковпаком и председателем районного совета Осоавиахима Рудневым готовы были пойти в партизаны, веря в их храбрость и боевой опыт.