Читаем Партизанский комиссар полностью

И верно: когда четвертые сани поравнялись с нами, выглянувшая будто нарочно из-за тучи луна осветила на них две очень выразительные в своей контрастности фигуры: зорко всматривающегося вперед статного комиссара в ладно сшитой комсоставской шинели и спокойно полулежавшего рядом с ним пожилого мужчину в крытом полушубке. Так вот какими оказались те самые Ковпак и Руднев, с которыми я так стремился встретиться; о которых с яростью и затаенным страхом расспрашивали меня две недели назад полицаи в хуторе Чернобровкине, когда приняли меня за партизанского разведчика и, раздев догола, лупили шомполом.

Судьба вырвала меня тогда из лап смерти, чтобы свести с ковпаковцами. Наконец я нашел свое место в строю. И первый, кто поверил мне, будто заглянув в мою душу, был сам комиссар Руднев!..

Между тем колонна наша уже втянулась в какое-то село и остановилась. Ковпаковцы начали расквартировываться, как это было и в Новоселице, по отделению а каждом доме.

Жители встречали нас, словно старых друзей, стараясь во всем помочь. Я с гордостью почувствовал, что ковпаковцы здесь, на Сумщине, пользуются у народа огромным уважением и любовью. К тому же - это я понял, как только мы начали расквартировываться, - подавляющее большинство партизан в отрядах Ковпака были люди здешние и, видимо, уже не однажды встречались с местными жителями.

Остановились мы в партизанском селе Воргол. Еще вечером здесь хозяйничал крупный гарнизон полиции, славившийся повальными грабежами и лютыми расправами с советскими гражданами. В полночь три ковпаковские группы (рот и взводов у нас в то время еще не было) - три десятка человек просочились незаметно в Воргол и, с помощью местных патриотов, узнав пароль, проникли в здание, где размещался полицейский гарнизон.

Теперь партизанское командование решило, очистив Воргол от полицаев, совершить такой же внезапный налет и на вражеский гарнизон в селе Литвиновичи, чтобы спасти местную подпольную группу, на след которой уже напали фашистские ищейки.

- Только учтите, товарищи, - предупредил Руднев участников предстоящей операции, - надо сделать все так, чтоб ни один из предателей не ушел живым из села. Иначе они всполошат соседние гарнизоны.

И вот ранним утром партизаны внезапно напали на Литвиновичи и при поддержке подпольщиков, которые решили напоследок устроить "концерт" ненавистным оккупантам, уничтожили всех гитлеровцев и их прислужников.

Так Путивльский отряд - прямо в бою - пополнился новой группой советских патриотов во главе с партизаном времен гражданской войны Михаилом Ивановичем Павловским, которого с давних пор знали Ковпак и Руднев. Эта подпольная группа, состоявшая из тринадцати человек, и стала костяком новой - одиннадцатой роты Путивльского отряда. И командовал ею, разумеется, сам Михаил Иванович Павловский.

Тогда же в Воргле в наше соединение был включен еще один отряд, или точнее говоря - ядро будущего отряда, состоявшее из четырех человек. Встреча с этой небольшой группой произошла так.

Утром 18 февраля партизанская застава на юго-восточной окраине Воргла задержала четырех неизвестных. Ни у кого из них, разумеется, не было документов, которые в условиях вражеского тыла могли бы их погубить. Однако верить незнакомым людям на слово в военное время опасно. А установление личности занимало у партизан немало времени, в чем я уже убедился на собственном опыте.

Неизвестных привели в штаб. И тут одного из этой четверки узнал Ковпак, обладавший прекрасной зрительной памятью: перед ним стоял председатель соседнего Кролевецкого райисполкома Карп Онопченко, почти до неузнаваемости исхудавший и оборванный. Второй неизвестный оказался тоже работником Кролевецкого райисполкома и тоже коммунистом. Это был Василий Кудрявский.

Ну, а Онопченко с Кудрявским, в свою очередь, могли теперь уже немало рассказать о двух своих молодых друзьях-окруженцах Валентине Подоляко и Алексее Борисове, которые, поняв, что перейти линию фронта им не удастся, решили продолжать борьбу в тылу врага.

Онопченко сообщил Ковпаку и Рудневу, что в Кролевецком районе, как и во всех других районах Сумщины, тоже еще до прихода оккупантов был создан партизанский отряд; организованы явочные квартиры, заложены базы с оружием и продовольствием. Командиром этого отряда по решению обкома партии был назначен сам Карп Онопченко. Но как только в Кролевец ворвались гитлеровцы, нашелся предатель, который выдал патриотов. Почти весь отряд погиб. Базы и явки оказались в руках врага...

Онопченко и Кудрявский с особой настойчивостью просили Руднева помочь им создать новый Кролевецкий отряд, чтобы отомстить оккупантам за гибель товарищей, входивших в состав первого, уничтоженного с помощью предателей.

- Путивляне, глуховчане, конотопцы, шалыгинцы имеют свои отряды, по районному принципу. Значит, надо создать и наш, Кролевецкий отряд! убеждал Онопченко Руднева.

И комиссар соединения поддержал его просьбу в разговоре с Ковпаком: