Читаем Парсек налево полностью

Вернувшись домой, если так можно выразиться по отношению к старой заброшенной свалке, съел брикет, запил водой и задумался о будущем, которое никак не вырисовывается. Самый перспективный вариант, на который и возлагались основные надежды, не сработал. Трудоустроиться и зажить счастливой нормальной жизнью без волнений и хлопот не получилось, и даже предпосылок для этого не наблюдается. Теоретически можно заняться поиском ценных ресурсов и запчастей на свалке – должно же здесь что-то остаться. Проблема в том, что я понятия не имею, на какие детали существует спрос, а какие даром никому не нужны. Не говоря уж о таких пустяках, как отсутствие инструмента для работы и транспорта для вывоза добычи. Да и просто хранить весь этот хлам где-то надо – иначе ему быстро приделают ноги. К тому же есть у меня предчувствие, что богатые трофеи находятся снаружи, а здесь все более или менее ценное давно уже выгребли. Работать в скафандре, а его у меня нет, фактически в вакууме – это пока из области фантастики.

Придется искать другие варианты заработка. Что бы на моем месте сделал бы Великий комбинатор, ну кроме женитьбы на девушке с арбузными грудями, мадам Грицацуевой? Нанялся бы художником на агитационный космолет? Или продавал бы билеты с видом на большой картер из панорамного зала? Впрочем, здесь и без него таких организаторов хватает – взять, к примеру, официальную продажу воздуха. Они бы ещё налог на воду ввели или на силу тяжести.

Последняя мысль показалась мне интересной – что-то в ней есть перспективное. Надо лишь обдумать тщательнее, не упустить вдохновение. Есть идея! Рискованная, но не в моей ситуации отказываться от единственного шанса, пусть он трижды сомнительный.

Три часа ушло только на подготовку документа – как и ожидалось, у юристов оказался свой собственный письменный язык, понять который и разобраться в хитросплетениях законов и актов практически невозможно. Впрочем, на старушке Земле ситуация ничем не отличается. Как бы то ни было, петицию я составил, правда, половины слов не понял, а половину фраз из оставшихся угадывал лишь интуитивно, но получилось здорово. Разоблачения не опасаюсь, поскольку встретить юриста в торговых рядах маловероятно, а все остальные, в случае непонимания, будут грешить на недостаток своих собственных знаний. Главное, чтобы общий смысл уловили и хватит.

Теперь все зависит от моей уверенности и умения убеждать людей.

– Добрый день. Сегодня в семь часов состоится собрание граждан по поводу отмены налога на гравитацию! Площадь на пересечении седьмой радиальной улицы и второй сигмы. Явка обязательна.

Пока ошарашенный продавец пытается понять, что от него требуется, обильно загружаю его печальными перспективами.

– Согласно Статуту Конфедерации свободных оффшоров решение о введении налогов, непосредственно влияющих на процессы жизнедеятельности человека, не относятся к компетенции муниципалитетов! Налог на гравитацию – незаконен! Запрет на использование аппаратов получения воды из воздуха – попадает под действие трибунала о геноциде человечности!

– Подождите секундочку, – взмолилась жертва цунами от юриспруденции. – О каком налоге вы говорите?

– Мало того, что мы платим за воздух, так теперь они хотят ввести налог на силу тяжести! Десятую часть от доходов! Нет у них ни совести, ни стыда!

– Разве такое возможно? Сила тяжести – она ведь, природная! Они её не создают, она сама по себе существует, – искренне удивился гражданин.

– Об этом и речь! Мэрия хочет приравнять нас по статусу к космическим кораблям с искусственной силой тяжести – там плата за гравитацию законна. А у нас нет! Но и этого им мало – они также хотят запретить использование частных парофильтратов, чтобы мы покупали воду у монополистов. Представляете, какие будут цены?

– И что же делать? – побледнела жертва, представив картину будущего в багровых налоговых тонах.

– Бороться! Сегодня митинг, собираем средства на гиперсвязь, чтобы отправить петицию в Конституционный суд Конфедерации, – честно говоря, такого суда не существует, ну да это мелочь на фоне всего остального эпоса.

Сурово посмотрев на гражданина, добавляю доверительным тоном.

– Чем больше нас придет, тем меньше шансов, что нас всех упекут за решетку. Вы уж не подведите! – видя, как бледнеет несчастная жертва, бросаю спасательный круг. – Главное собрать деньги на гиперсвязь – если петиция уйдет, то мэрия сразу откажется от своих планов – боятся за свою шкуру. Рыльце у них в пуху!

– В чем рыльце? – окончательно завис товарищ торговый работник.

– Не важно. Главное, чтобы все пришли на площадь. И деньги не забудьте, само собой, разумеется, – даю вторую подсказку аборигену-тугодуму.

– Может, я прямо сейчас внесу сколько надо? А то вечером мне процедуры надо делать на… на кишечнике, – просительно и даже несколько жалобно предложил борец с тиранией. – Скажем, двести кредов?