Читаем Паромщик полностью

– Все наши силы приведены в полную боевую готовность… Разрешите узнать, каким будет план.

– План для всех: выполнять поступающие приказы. Продолжать аресты и допросы.

– Вы имеете в виду, арестовывать… каждого?

– Кто-то что-то знает. Мне нужно, чтобы этих людей нашли. И подгоните машину к подъезду.

– Куда мы отправляемся?

– Ненадолго прокатимся за город.

Окончив разговор, Отто присоединяется к Системе интеграции сознания. Он входит туда через заднюю дверцу и вызывает корабельный манифест. Коллегия по надзору была лишь началом; настало время как следует почистить дом.

Он склоняется над клавиатурой.

Цепочка набираемых имен становится все длиннее.

«Главное преимущество слепоты – отсутствие страха перед темнотой», – думает Паппи.

Во время их беспорядочного бегства что-то произошло; небольшая ошибка, неверный поворот, потом еще и еще, и он оказался один. Его окликали. Он слышал голоса, пытался идти в том направлении, но снова забрел не туда. Голоса звучали все тише, а потом и вовсе пропали. Зловоние усиливалось. Паппи оказался в канализационном коллекторе. Он услышал и вскоре стал осязать крыс, щекотавших ему ноги. На свету он еще как-то различал очертания, но в кромешной темноте становился полностью слепым. Так он бродил несколько часов подряд, одной рукой держась за стену, а другой ощупывая воздух.

И вдруг происходит чудо: его пальцы нащупывают лестницу в стене. Он поднимается, медленно и осторожно, достигает верха. Держась левой рукой за ступеньку, он вытягивает правую и нащупывает решетку. Сквозь нее хлещет дождь, заливающий ему лицо и волосы. Паппи со всей силой давит на решетку, но та не поддается.

– Эй! – кричит он, стуча по решетке. – Сюда! Мне не выбраться!

Он снова и снова повторяет свою мольбу. Он уже готов оставить надежду на вызволение, когда снаружи раздается голос:

– Что ты тут делаешь?

Голос мальчишечий.

– Долго рассказывать, – говорит мальчишке Паппи. – Ты можешь поднять решетку?

Мальчишка пыхтит, пытаясь сдвинуть ее с места.

– Ее заклинило.

– Найди крепкую палку, а еще лучше – какую-нибудь железку. Она послужит рычагом.

– А что вообще случилось? – спрашивает мальчишка. – Нас тут вроде как быть не должно.

– Не оставляй меня. Мне самому не выбраться, – говорит Паппи, не отвечая на его вопрос. – Пожалуйста.

Юный помощник исчезает. Может, совсем убежал? Паппи слишком долго держится за ступеньки лестницы, и у него устали руки. Вряд ли он сумеет благополучно спуститься обратно. Но потом он слышит лязг. Вернувшийся мальчишка подсовывает что-то (вероятно, железяку) под кромку решетки. Медленно, со скрипом решетка поддается. Мальчишка отодвигает ее, протягивает руку и помогает Паппи вылезти.

– У тебя рука кровоточит, – говорит он.

Наверное, ободрал в туннеле или на лестнице.

– Мистер, нам нужно выбираться отсюда.

– Откуда именно?

Но Паппи снова один. Его спаситель исчез, растворился, как облачко дыма. Дождь не унимается. Паппи выбирает направление. Через пять шагов его руки натыкаются на кирпичную стену. Куда теперь? Он останавливается, прислушивается. На него накатывается лавина звуков: крики и топот множества ног. Неподалеку происходит что-то значительное. Паппи ощупью идет вдоль стены, пока та не заканчивается. Перед ним снова широкое пространство. Кто-то проносится мимо него, едва не сбив с ног.

– Прошу вас, подскажите…

– Идем, не отставай! – кричит женщина, но не ему.

– Я и так стараюсь! – хнычет ребенок.

– Нам нельзя здесь застревать!

Мимо пробегают люди. Паппи напрочь потерял ориентацию. Ему кажется, что толпа движется в одном направлении, потом в противоположном, а затем в двух сразу. Паппи умоляет помочь ему, однако никто не откликается. Кто-то толкает его в спину, и он падает.

– Смотрите, куда идете! – досадливо кричит Паппи.

Но человек продолжает идти, не обращая на него внимания. Быть старым означает быть обреченным на забвение. Никому нет дела до Паппи. Мир проносится мимо: бурлящая человеческая река, от которой он отделен. Это клуб, членом которого он перестал быть. Потом он чувствует: вокруг что-то изменилось. Людской поток поменял направление. Люди кричат, орут, вопят. Не разобрать ни слова. Кто-то хватает его за руку и помогает встать.

– Что с тобой, старик? Тебе нужно поскорее выбираться отсюда!

Человек подталкивает его. Паппи слышит другие шаги. Сюда движется другая группа людей. Эти идут в ногу. Он идет дальше, дважды падает, но поднимается и продолжает идти. Множество голосов повторяют нараспев:

– Прибытие свершилось! Прибытие свершилось! Прибытие свершилось!

Толпа вокруг Паппи густеет. Его толкают вперед, снова и снова.

– Паппи! – вдруг слышит он.

Кто его позвал?

– Паппи, оставайся там, где стоишь! Я сейчас протолкнусь к тебе!

Это Матерь. Паппи пытается удержаться на месте, но не может. Толпа неумолимо напирает на него.

– Прибытие настало! – скандируют собравшиеся. – Прибытие свершилось! Прибытие свершилось!

– Возьми мою руку!

– Где ты?

– Справа от тебя. Держись за меня!

Но он не может. Ему не поднять руки.

– Паппи!