Рулевой молниеносно развернул лодку. Сеть отчаянно задергалась над водой. Я оказался совершенно беспомощным – не мог даже крикнуть. Аутригер качнулся в другую сторону, и я выпал на палубу. Надо мной склонилось несколько темных фигур.

– Все в порядке, Проктор. Теперь ты в безопасности.

Тия?

Мне на голову нацепили мешок. Кто-то перевернул меня на живот и ловко связал по рукам и ногам. Потом меня вновь положили лицом вверх, подхватили за плечи и за ноги, подняли и понесли в трюм. Я слышал, как гремят металлические ступени под ногами незнакомцев.

– Вот так, просси. Лежи здесь. – (Меня опустили на пол трюма.) – И лежи тихо, если не хочешь, чтобы тебя кинули за борт.

Дверь трюма захлопнулась. Скрипнула накладка, затем лязгнул штырь, просунутый в скобу.

<p>Часть пятая</p><p>Аннекс</p>

<p>26</p>

Меня разбудил звук открывающейся двери. С лодыжек сняли веревки, потом меня поставили на ноги, вытолкнули на палубу и вывели на причал. Воздух был теплым. Скорее всего, меня подобрали глубокой ночью, а сейчас наступило утро.

– Шевели ногами, – велел мужской голос.

Сквозь мешок я видел лишь смутные очертания предметов. Костюм, все еще мокрый после вынужденного купания, неприятно лип к коже. Парусиновые шлепанцы давно исчезли.

– Куда вы меня ведете? Где Тия?

Ответом мне был пинок под левую почку, от которого я скрючился. Провожатый схватил меня за воротник, заставил выпрямиться и толкнул вперед:

– Иди, я сказал.

И я послушно пошел. Открылась дверь. Мы очутились в холодном, сыром помещении, насквозь провонявшем рыбой. К этому времени я напрочь потерял ориентацию в пространстве. Под ногами поскрипывали половицы, затем что-то лязгнуло. Кто-то – вероятно, все тот же провожатый – освободил мои запястья от веревок.

– Вставай на колени и ползи задом, – приказал он. – Там будет лестница. Двенадцать ступенек, и попадешь на дно.

– На какое дно?

– На дно лестницы, просси, – усмехнулся провожатый.

Нащупав ногой верхнюю ступеньку, я стал спускаться – естественно, тоже ощупью. Звуки стали восприниматься иначе; похоже, мы находились в коридоре или туннеле. Провожатый развернул меня лицом вперед. Спуск продолжился. Так я преодолел еще шестнадцать ступенек.

– Стоять! – приказал он мне.

Рядом со мной отодвигали многочисленные дверные засовы. Наконец это закончилось, и раздался голос другого мужчины:

– Вовремя. Надеюсь, ваш улов стоил затраченных усилий.

Мешок на моей голове приглушал звуки, однако этот второй голос показался мне знакомым.

– А ты хорошо поработал с дронами, – сказал мой провожатый.

– Ага. Забавно, как они все разом скопытились. Кто-нибудь явно заподозрит, что дело нечисто.

– Она уже здесь?

Дверь открылась шире.

– Веди его в ночлежку.

Меня повели дальше по подземному миру коридоров и дверей. Наконец, судя по звукам, мы попали в комнату. Провожатый остановил меня, тронув за локоть, затем снял с головы мешок.

Свет был неярким, но я все равно сощурился. Меня привели в небольшую комнату без окон, где вдоль двух стен стояли двухэтажные койки. В одном углу – умывальник с зеркалом, в другом – туалет, отгороженный занавеской, в третьем – стол, за которым кто-то сидел.

– Здравствуй, Проктор.

Это казалось невероятным. Нет, это и в самом деле было чем-то невероятным. Время не проявило к ней милости, но я сразу узнал ее.

За столом сидела моя мать.

– Стефано, будь добр, оставь нас. – (Мой провожатый что-то пробурчал себе под нос и ушел, плотно закрыв дверь.) – Я так рада видеть тебя, Проктор. – (Я застыл на месте. Мне казалось, что мозг завертелся волчком в черепной коробке.) – Понимаю, ты потрясен.

– Что за хрень? – вырвалось у меня.

– И конечно же, в полном замешательстве.

– Ты же мертва. Ты умерла еще тогда.

– Я все объясню. Только наберись терпения. – Она указала на соседний стул. – Садись. Давай поговорим.

Что мне оставалось делать? Глупо спорить с призраком, особенно когда этот призрак – твоя мать. Я сел.

– Начну с того, что сейчас ты в безопасности. Ты среди друзей.

– Каких друзей? Где я? Что все это значит?

– Ты на Аннексе. Это подземное убежище – одно из нескольких, разбросанных по всему острову. Мы – тайная организация, связанная с движением, которое называется «Учение о Прибытии». Ты знаешь о нем.

Ее слова звучали для меня полнейшей чепухой. Я пытался выудить из них хоть крупицу смысла, но не мог.

– Тебе предстоит многое узнать и осмыслить, – сказала она.

– Безумие какое-то. Ты же была моей матерью.

– Была, – кивнула она. – И остаюсь твоей матерью, Проктор. Но должна тебе сразу сказать: я не просперианка и никогда ею не была. Я родилась и выросла здесь, на Аннексе. – (Я лишился дара речи.) – Мои родители были активными приверженцами Учения о Прибытии. Движению требовались свои люди на Проспере. Я выглядела так, что могла сойти за просперианку. Когда мне исполнилось восемнадцать, я оказалась на Проспере в качестве студентки университета. В этом возрасте было легче провернуть все незаметно. Я получила новое имя, личное дело, фальшивый монитор и легенду, раскрыть которую было невозможно или, во всяком случае, очень трудно.

– Получается, тебя отправили на Просперу шпионить.