Читаем Парнас дыбом полностью

«Так, мол, и так, вы бы, товарищ, служитель культа, собачке вашей мясной паек увеличили, худает собачка ваша, как бы и вовсе не сдохла».

А духовная особа проходит равнодушной походкой, будто и не ее это касается.

Только гляжу, в понедельник утром возле помойной ямы собачий труп валяется. Ножки тоненькие свесились, шерсточка в крови, а ухо-то, знаете, вроде каблуком придавлено.

Тоска меня взяла — очень уж приятная собака во дворе была, на лестнице никогда не гадила. Стал я у дворника справки наводить, как да что да неужто песик своею смертью от плохого питания помер.

И узнали мы, гражданочка, что духовное лицо своими руками собачку уничтожило за паршивый, извиняюсь, кусок мяса. Съела собачка мясо обеденное, а мясу тому, простите, кукиш цена.

Обида меня взяла, гражданочка, скажу вам, до смерти.

И хотите — обижайтесь, хотите — нет, а я вам открыто скажу: не люблю я духовной категории.

1923 г. (Э. Паперная)

Корней Чуковский

I

У попа была собака,Всех была она ему милей.Звали ту собаку,Псину-забиякуЛи-хо-дей.Пошел попик на базарИ купил там самовар,Самоварчик новый,Двадцатилитровый,Самоварчик новый —Ай-я-я!Фирмы «Баташов иСыновья».Нынче своей псине,Псине-собачине,Справит имениныПопЕвтроп.

II

Попик счастлив, попик рад:Именинный стол богат.Редька, репа, помидоры,Огурцов с капустой горы;Густо, густо, густо, густоТам навалено капусты;И салат и майонез —Просто чудо из чудес;Сто фунтов шоколада,Сто фунтов мармеладаИ тысяча порций мороженого.

III

Только смотрит ЛиходейС точки зрения своей:Что за мерзостный обед —Ни костей, ни мяса нет;Даже сало убежало,Утекло средь бела дня,И ватрушка, как лягушка,Ускакала от меня.Но себя в обиду я не дам,Позабочусь о себе я сам.

IV

А потом как зарычит,Да хвостом как застучит,Да на погреб он бегомЗа свининой, пирогомИ хозяину назлоСлопал мяса два кило,И колбаски три кружка,И четыре потрошка,А потом, набравшись сил,Жирным салом закусил.Ешь, ешь, Лиходей,Ты попа не жалей —Этот старый скаредНам еще нажарит!Как узнал об этом поп,Он нахмурил гневно лоб:Ах, разбойник, ах, злодей,Ты мазурик, Лиходей!Старый, грозный поп, попСапогами топ, топ,А рукою ловкойКрепкую веревкуЗатянул на шееВора — Лиходея.Гибни, гибни, гибни, плут, —Вот теперь тебе капут!

—————

Убив Лиходея, поп бородатыйВыкопал яму железной лопатой,И в яму закопал,И надпись написал,Что:У попа была собакаИ т. д.1924 г. (А. Финкель)

Илья Эренбург

ГИБЕЛЬ СОБАКИ

Глава первая,

в которой пока еще ничего не говорится и которая, в сущности, совсем не нужна. Попутно читатель узнает о том, какие галстуки предпочитает старший клерк фирмы «Плумдинг и Сын» Реджинальд Хавтайм.

Глава вторая,

пожалуй, немного короткая, но достаточно ясная. Здесь впервые появляется патер Круцификс и его любимая собака.

Глава третья,

из которой читатель почерпает много полезных сведений. Так, например, здесь неопровержимо доказывается тот важный факт, что у собак желудочный сок вырабатывается независимо от вздорожания мясных продуктов на международном рынке.

Именно этот факт послужил толчком к написанию

Главы четвертой.

где описывается печальная участь шнитцеля по-венски, предназначавшегося на завтрак патеру Круцификсу. В этой главе патер должен убить собаку за воровство, но убийство переносится в

Главу пятую,

на которую автор просит читателя перенести все свое внимание. Здесь читатель убедится, что горячая любовь нередко переходит в такую же горячую ненависть, когда к любви примешивается голод. Патер Круцификс убивает свою собаку, съевшую шнитцель по-венски.

В главе шестой, и последней

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сибирь
Сибирь

На французском языке Sibérie, а на русском — Сибирь. Это название небольшого монгольского царства, уничтоженного русскими после победы в 1552 году Ивана Грозного над татарами Казани. Символ и начало завоевания и колонизации Сибири, длившейся веками. Географически расположенная в Азии, Сибирь принадлежит Европе по своей истории и цивилизации. Европа не кончается на Урале.Я рассказываю об этом день за днём, а перед моими глазами простираются леса, покинутые деревни, большие реки, города-гиганты и монументальные вокзалы.Весна неожиданно проявляется на трассе бывших ГУЛАГов. И Транссибирский экспресс толкает Европу перед собой на протяжении 10 тысяч километров и 9 часовых поясов. «Сибирь! Сибирь!» — выстукивают колёса.

Георгий Мокеевич Марков , Марина Ивановна Цветаева , Анна Васильевна Присяжная , Даниэль Сальнав , Марина Цветаева

Поэзия / Поэзия / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Стихи и поэзия
Тень деревьев
Тень деревьев

Илья Григорьевич Эренбург (1891–1967) — выдающийся русский советский писатель, публицист и общественный деятель.Наряду с разносторонней писательской деятельностью И. Эренбург посвятил много сил и внимания стихотворному переводу.Эта книга — первое собрание лучших стихотворных переводов Эренбурга. И. Эренбург подолгу жил во Франции и в Испании, прекрасно знал язык, поэзию, культуру этих стран, был близок со многими выдающимися поэтами Франции, Испании, Латинской Америки.Более полувека назад была издана антология «Поэты Франции», где рядом с Верленом и Малларме были представлены юные и тогда безвестные парижские поэты, например Аполлинер. Переводы из этой книги впервые перепечатываются почти полностью. Полностью перепечатаны также стихотворения Франсиса Жамма, переведенные и изданные И. Эренбургом примерно в то же время. Наряду с хорошо известными французскими народными песнями в книгу включены никогда не переиздававшиеся образцы средневековой поэзии, рыцарской и любовной: легенда о рыцарях и о рубахе, прославленные сетования старинного испанского поэта Манрике и многое другое.В книгу включены также переводы из Франсуа Вийона, в наиболее полном их своде, переводы из лириков французского Возрождения, лирическая книга Пабло Неруды «Испания в сердце», стихи Гильена. В приложении к книге даны некоторые статьи и очерки И. Эренбурга, связанные с его переводческой деятельностью, а в примечаниях — варианты отдельных его переводов.

Реми де Гурмон , Шарль Вильдрак , Андре Сальмон , Хуан Руис , Жан Мореас

Поэзия