Читаем Парламент дураков полностью

А судьба твоя такова. Если, поступив на службу, ты не станешь исполнять ее с примерным прилежанием и старанием, вскоре останешься ты ни с чем. С умом трать свое время, и оно принесет тебе пользу, но если станешь ты тратить его напрасно, потом уже не вернешь упущенное, как бы ни кричал и ни звал. Потому что старик-Время, хотя и много пожил, поступь все еще имеет легкую и быструю, и, начав какое-либо дело, он всегда доводит его до конца. Если ты не соберешь плодов в летнюю пору своей молодости, в зиму преклонных лет придется тебе просить милостыню, ибо не будет пощады тому, кто имеет способности, но не имеет желания. И когда ты станешь старым и нищим, ни один мальчишка не пройдет мимо, чтобы не пнуть тебя презрительно. Так, старуха, проведшая молодость в распутстве, вызывает лишь презрение. Припомнят тебе тогда твои прежние выходки, все твои ошибки и глупости. Если ты кого обидел в юные веселые годы, он дождется, когда ты станешь немощным и слабым, чтобы тебе отомстить. Когда лев состарился и у него выпали зубы, шакал отомстил ему за обиду, нанесенную очень, очень давно.

Ты теперь в услужении, веди же себя честно и правдиво, пока ты молод. Бережно храни то, что имеешь. Исполняй свой долг исправно. В будущем получишь ты в награду покой, довольство и доброе имя.

Слуга последовал за своим хозяином, а в дверь опять постучали.

Узнать свою судьбу приходит распутная женщина. Насмешник рассказывает о ее внешности

— Кто там пришел? — спросил Фидо.

— Некто скрытый под маской, раз уж вы спросили, — ответил Насмешник. — Это женщина с прямой осанкой и твердой походкой (вот если бы ее правила были бы такими же твердыми). У нее высокий лоб, круглые щеки, на подбородке ямочка. У нее гладкая шея и тонкая талия. На ней яркая шляпка и яркое платье, в руках ярко раскрашенный веер. Но будь она даже во всем темном, все равно видно, что перед нами — женщина легкого поведения.

Умник разбирает обстоятельства распутной женщины

— О, — произнес Умник, — это женская ипостась лени, распутства и пьянства. Она столь же непостоянна, что и флюгер, похожа на обезьяну в своей невоздержанности, она дальше от веры, чем грубые язычники, она — сама падшая чувственность и средоточие гнили. Сцилла в городе и Харибда в деревне. Она — утешение карманников и товарищ пьянчугам, завсегдатай многих пивных и благодетель всех брадобреев-лекарей. От общения с ней парализует тело и разлагается душа, а кошелек худеет. Такие обычно по рождению бастарды, по природе каннибалы, а по манерам пуритане. Манит словно сирена, выглядит словно святая, а по сути — дьявол. Выражаясь простым английским языком — обыкновенная шлюха. Не верьте ее жалобам, ибо она живет ложью, не прикасайтесь к ней, ибо она — грязь, inquinans omnes qui tangunt eam [25], не предлагайте ей ничего, ибо она способна пожрать и уничтожить все, что попадется ей в руки. И вот, сэр, она стоит перед вами во всем своем распутстве.

Речь предсказателя, обращенная к гнусной продажной женщине, описывающая все омерзение ее жизни и будущего, ее ожидающего

— Прелестное создание, мне сообщили в подробностях о твоих обстоятельствах, и я приложу все усилия, чтобы их исправить. Однако же надежды изменить твой образ мыслей могут оказаться столь же бесплодными, как если бы я вздумал выбелить Черную Пустошь. Наверное, моим дряхлым рукам скорее удастся выкорчевать из земли старый дуб, нежели искоренить похоть, которая давно уже свила себе гнездо и твоем сердце. Но если ты сама уразумеешь всю плачевность своего положения, которое расслабляет ум, разлагает тело, разрушает бессмертную душу, возможно, ты и сумеешь отступиться от этой жизни. Подумай сама, только безумец способен съесть кусочек сахара, зная, что он пропитан ядом, но будучи не в силах отказаться от сладкого. Что же говорить о тебе? Разве не знаешь ты, что похоть — это и есть сладкая отрава, разрушающая здоровье и несущая с собой болезни? Она старит раньше времени, она губит твою красоту в самом расцвете, притупляет еще не старый ум и отвращает твои помыслы от всех добродетельных предметов и размышлений. Ты не можешь об этом не знать и все же не отступишься от своей чувственности. Поправ Диану, ты слепо поклоняешься Венере; презрев Весту, ты посвящаешь себя каждодневной праздности. Насмеявшись над браком, ты не свяжешь себя его узами, поскольку привыкла жить свободно и не желаешь подчиняться мужу. И все же ты в самом беспросветном рабстве: любой фат и бездельник может тебе приказывать, были бы у него деньги. А заполучив над тобой власть, он станет тебя оскорблять, заставляя исполнять любую свою прихоть.