– Забочусь о нашем деле, – откликнулся он. – А если ты спустишься вниз и вздумаешь бежать, я всажу тебе пулю в спину. – Саванна увидела холодное безразличие в его пустых глазах. – А теперь вперед. – Он указал ей на лаз в земле.

Чувствуя, как сердце едва не выпрыгивает из груди от волнения, а мысли путаются в голове, Саванна, задыхаясь, начала медленно спускаться в тоннель по земляным ступенькам.

Глава 13

Выйдя от Саванны, Джош не поехал домой. Он позвонил Трею, но тот не ответил. Тогда Джош оставил ему сообщение, что ненадолго уезжает от Саванны и вернется к ней с наступлением темноты.

После этого Джош поехал в город, в лавку матушки Бэптист. Прихватив с собой фонарик из багажника, он вошел в лавку и купил набор цветных мелков.

– Я воспользуюсь вашим входом в подземелье, – сообщил он пожилой женщине, расплатившись за мел. – А где Эрик? Мне не нужны неприятные сюрпризы, когда я спущусь вниз.

Глаза матушки Бэптист недовольно засверкали.

– Мой сын никогда не причинил бы вред ни вам, ни кому-либо другому. Но не беспокойтесь, вы не встретите его сегодня в подземелье. Он заболел и остался дома.

– Вы не возражаете? – Джош указал ей на дверь кладовки, где находился вход в тоннель.

– Кто я такая, чтобы вам возражать? Я всего лишь хозяйка магазина. А вы – представитель закона, – ответила она.

Через несколько минут Джош спустился в подземный коридор и устремился вперед к тоннелю, который Саванна использовала, отправляясь на болото. Он хорошо помнил расположение подземных ходов на последней карте, которую отдал ему Трей.

Трей и его помощники исследовали сеть подземных коридоров, ведущих от болота в сторону центра города, но Джоша интересовали именно два неисследованных прохода, которые соединялись с тоннелем Саванны недалеко от ее дома.

Саванна. Его сердце сжималась при воспоминании о ней. Похоже, его любви оказалось недостаточно для того, чтобы она захотела начать жизнь с чистого листа. Последнее время она так часто напоминала ему прежнюю Саванну, когда ее глаза начинали светиться от страсти и нежности, когда ее мелодичный смех услаждал его слух. Он так надеялся, что у них есть будущее, но теперь эта надежда угасла.

Конечно, Джош не собирался оставлять ее на ночь одну, даже если она действительно установила сигнализацию в доме. Он прекрасно знал, что именно в ночной темноте происходят ужасные вещи, когда все соседи спят и ничего не видят, и преступники могут темными тенями беспрепятственно бродить по улицам города.

Он не сомневался, что днем ей ничто не угрожает. Люди решат, что она вместе с ним уехала в город. За последние две недели все в городе привыкли считать их неразлучной парой.

Он наконец добрался до главного тоннеля и ступенек, которые вели во двор Саванны. Джош повернулся и прошел первые два боковых коридора, которые уже были тщательно исследованы и занесены на карту.

Он приблизился к входу в третий коридор, где произошло нападение на Саванну. Они с Треем и мэром Барнсом прошли по нему до развилки, а затем исследовали до конца только одно ответвление этой развилки. Теперь, дойдя до развилки, он свернул вправо и принялся помечать свой путь ярким пурпурным мелом.

Но в конце концов этот тоннель закончился еще одним лазом в земле. Здесь не оказалось ни золота, ни других тайн, из-за которых кому-то понадобилось выскакивать из темноты и набрасываться на Саванну.

Джош помедлил, дойдя до второй развилки. Куда пойти, направо или налево? Если чувство направления его не подводило, левый тоннель привел бы его ближе к болоту, а правый – ближе к центру города.

Он выбрал правый коридор, продолжая помечать свой путь мелом. Меньше всего он хотел бы заблудиться в этом подземном лабиринте.

Посветив фонарем на часы, он увидел, что было уже больше четырех часов. Джош непременно должен выбраться отсюда до наступления темноты. Даже если Саванна не желает видеть его у себя в доме, он может остаться ночевать в машине около ее дома, чтобы лично проследить за ее безопасностью.

Он был уверен, что она тоже любит его. Джош видел нежность в ее взгляде, чувствовал тепло в ее прикосновениях. Но он не ожидал, что она настолько презирает его за ошибку в расследовании убийства Шелли, и, возможно, ее презрение было гораздо сильнее и глубже, чем любовь.

Джош пошел быстрее, слыша звук собственных шагов, эхом отдававшихся от стен. Он останавливался лишь изредка, чтобы пометить свой путь. Ему оставалось лишь надеяться, что к его возвращению Саванна успокоится и поймет, что для ее безопасности будет лучше не только установить сигнализацию, но и позволить Джошу быть рядом.

Хотя, конечно, ему будет сложно забыть о своем влечении к ней и выполнять исключительно роль ее телохранителя. Ярость злоумышленника, направленная на нее ночью в отеле, не давала ему покоя. Человек, охваченный такой яростью, едва ли смог бы сдерживаться целую неделю.