Они шли по длинному серому цементному коридору в подвале отеля. У какой-то двери Пит нажал кнопку. Это оказался лифт, все быстро вошли в него, и лифт пошел вверх. Мужчины молча следили за бегущими цифрами на табло. На пятом лифт остановился и дверь открылась. Росс бросил одному из охранников:

— Оставайся здесь и держи лифт.

Тот кивнул, и Пит повел остальных по коридору, смотря на номера комнат. У одной из дверей остановились. Росс быстро оглядел коридор. Ни души.

Пит вытащил из кармана револьвер полицейского образца, левой рукой навернул глушитель и передал Россу ключ.

Росс взглянул на ключ, блестевший на ладони, и сделал глубокий вдох. Лицо его покрылось испариной, но он понимал, что Пит пристально следит за ним.

— Готов?

Пит кивнул.

Росс вставил ключ в замок и повернул. Раздался оглушительный, как ему показалось, скрежет. Росс резко распахнул дверь, и Пит прыгнул внутрь. Росс вошел следом, вернее, его втолкнул охранник.

Пит тихо выругался и рванулся в другую комнату. Росс бросился за ним и, услышав, как Пит начал громко ругаться спросил от двери:

— Что случилось?

Как только он вошел, ему все стало ясно. Испарина снова выступила на лице, и он тупо уставился на Пита.

— Почему все сорвалось?

Пит покачал головой.

— Не знаю.

Росс еще раз обвел взглядом комнату. Номер был пуст. Джокер исчез.

* * *

Звук моторов всегда навевал сон на Джокера, хотя, может быть, это действовал драмамин, который он каждый раз принимал перед полетом, чтобы не тошнило в воздухе. Во всяком случае, в самолете Джокер обычно спал.

Он закрыл глаза, и перед ним возникло лицо Мэриен. Ему стало не по себе, и он заворочался в кресле. Обычно с женщинами он вел себя иначе. Ему вспомнилось, как она смотрела на него, когда была еще ребенком. Впрочем, возможно, это он был идиотом. Она никогда не была ребенком.

А когда она вышла из исправительного дома, он разминулся с ней на несколько минут. Ну, ничего. Теперь ждать осталось недолго. Скоро подойдет и его очередь.

Вот только ребенок. Если отец — не Росс, то кто? А она отнюдь не дура. Перед отлетом ему сообщили, что Мэриен отослала ребенка в Эрроухед в пять утра.

Губы его раздвинулись в слабой улыбке. Ему нравилось, что она умеет за себя постоять. Будь у Росса хотя бы половина ее мозгов, он не попал бы в заварушку, в которой оказался.

11

С отъезда Джокера прошел почти месяц, и Росс снова обрел уверенность. Он оказался прав, они ничего не смогли ему сделать, слишком заметная фигура. Рано или поздно им придется начать с ним торг и в конце концов — принять его условия.

Когда Росс пришел домой, насвистывая какую-то мелодию, Мэриен была удивлена. Куда делось то нервное напряжение, в котором он прожил последние недели, и где его охранники?

— Где ты потерял своих сторожевых псов?

Росс улыбнулся.

— Прогнал их. Чертовски устал от того, что они все время рядом.

Ее глаза слегка расширились.

— Ты думаешь, это благоразумно?

Он прошел в гостиную и налил себе виски.

— Джокер умеет проигрывать. Они упустили свой шанс.

Она молча наблюдала за ним.

Он залпом опустошил стакан. Вечера стали прохладными, и виски приятным теплом разлилось по телу.

— Завтра поедем в Эрроухед, заберем малышку и отправимся в Лас-Вегас на каникулы.

Она покачала головой.

— Лучше еще немного подождать.

— Хватит бояться, я устал сидеть на одном месте. Завтра едем.

— Я скажу Тому, чтобы он подавал обед.

Росс посмотрел ей вслед, затем налил себе еще виски. Никогда ему не понять ее. Если ее мучает страх, зачем тогда она осталась с ним? Ничто ее здесь не держало. В браке они не состояли. Он не винил бы ее, если бы она уехала. Отпил из стакана. Удастся ли ему когда-нибудь сломать барьер между ними?

Мэриен вошла в комнату.

— Обед готов.

Неожиданно на него нашло озарение. Он подошел, взял ее за руку и с нежностью сказал:

— Давай завтра поженимся, Мария, и проведем настоящий медовый месяц.

Она взглянула ему в глаза, но не почувствовала облегчения.

— Ты этого действительно хочешь, Росс?

Он кивнул.

— Теперь я в этом уверен. Ты нужна мне, нужна не так, как раньше.

Мэриен опустила взгляд на свою руку, которую сжимали сильные загорелые пальцы. Что-то в нем изменилось. Росс, которого она всегда знала, вдруг стал взрослым. В первый раз она увидела в его глазах незащищенность и одиночество. Горло у нее сжалось, и Мэриен прошептала:

— Хорошо, Росс. Завтра, так завтра.

Он притянул ее к себе и поцеловал.

— Ты об этом не пожалеешь.

За обедом он был весел и все время строил планы. Попросил Тома открыть бутылку шампанского. Его возбужденный счастливый вид заразил и ее весельем. Росс вдруг сказал:

— Мы построим собственный дом.

Она засмеялась.

— А чем этот плох?

— Я хочу, чтобы у нас был дом, построенный по нашему проекту. Кроме того, этот мы купить не можем, хозяин его не продает, только сдает в аренду.

— Ну, с домом можно немного подождать.

Он покачал головой.

— Нет, начнем прямо сейчас. Я присматривался к участкам на холмах. Нужно не менее полутора акров. Хочу сделать все, как следует.

Она состроила скромную мину.

— Тебе виднее, ты хозяин.

Он отставил кофейную чашку, встал, обошел стол и обнял ее.