Зал замер. Лица чекистов, присутствовавших в судебном заседании, скривились так, будто каждый съел по лимону. Они поняли, что одурманенные чистосердечным признанием этих диссидентствующих негодяев, совершили ошибку, не настояв на закрытом процессе, где после такого заявления Колбасюк с приятелем гарантированно получили бы по морде и по «червонцу» в лагере строгого режима. Но что было делать теперь, когда в зале раздались хохот и крики возбужденной публики. Послышались оскорбительные выпады в адрес «органов», столь популярные в среде творческой интеллигенции Северной Пальмиры. На следующий день «враждебные голоса» уже растиражировали этот скандал по всему миру.

И процесс, задуманный как показательный урок антисоветчикам, еще пару дней вяло потеплился, а потом бесславно угас. Подсудимый Колбасюк получил всего лишь условный срок «за изготовление». Правда, суд отыгрался на Михаиле, определив ему три года тюрьмы за хищение из родного НИИ титанового контейнера.

Но праздновать победу сил разума и добра было рано. После суда Колбасюка уволили из Эрмитажа, и через какое-то время он покинул пределы горячо любимой Родины, женившись на еврейке. Еврейки в то время очень ценились как средство пересечения государственной границы. В свободном мире Колбасюк не пропал. Будучи выдающимся специалистом по оружию, он стал консультантом Жаклин Кеннеди-Онассис и даже выпустил книгу об ее коллекции.

На обложке значились две фамилии – этой всемирно известной женщины и диссидента Колбасюка, закопавшего антисоветскую агитацию и пропаганду на обочине автодороги Ленинград – Таллин в могиле средневекового рыцаря.

–  А ты не был диссидентом?  – спросил Пьер. –  Нет,  – ответил я. – Диссиденты занимались политикой. А я был «диссидентом жизни». Жил так, как хотел. И ухитрился очень весело провести весь советский период. Интересное, кстати, было времечко. Это важно для твоей книги. Великая империя держала под контролем половину мира, а ее подданные жили в нищете. Правда, не все. Я и мои приятели ухитрялись использовать советскую власть в своих целях. Вот, к примеру, как это делалось.

Ленинская гвардия планеты

Я был членом Московского городского профкома художников-графиков, куда входили и фотографы. Его возглавлял очень колоритный персонаж, Эдуард Дробицкий, происходивший из ростовских казаков. Он виртуозно ругался матом и так артистично пародировал Брежнева, что многочисленные посетители его мастерской держались за животы от смеха.

У меня с Эдиком сложились дружеские отношения. И однажды, когда мы распивали с ним бутылку «Столичной» в честь моего дня рождения, он неожиданно спросил:

– Старик, у тебя нет, случайно, с собой пары фоток как для паспорта?

Я поковырялся в бумажнике и нашел там одну маленькую фотографию.

– Хватит и этой, – сказал, подумав, Эдик. – Я тебе хочу сделать на день рождения подарок.

Дробицкий достал из ящика маленькую красную книжечку, вклеил в него мое изображение, поставил номер, печать и вручил мне удостоверение, на тисненой коже которого были выдавлены золотом герб СССР и надпись «Ленинская гвардия планеты».

– Держи, – сказал он, пожимая мне руку. – Только запомни: документом можешь пользоваться только ты, и никто другой. Это пропуск в рай без права передачи. С ним ты избавишься от многих забот.

– Это каким же образом?

– А ты открой и прочитай.

Я стал рассматривать свою красную книжечку. На правой страничке было указано, что я является членом «Ленинской гвардии планеты», там красовались моя фотография, указаны фамилия, имя и отчество. А на левой страничке мелким шрифтом было что-то напечатано. Я прочел и понял, какую волшебную ксиву подарил мне Дробицкий. Там значилось следующее:

«Всем партийным, советским, профсоюзным и иным организациям оказывать всяческое содействие представителю данного удостоверения.

Генеральный секретарь ЦК КПСС

Почетный Председатель Ленинской гвардии планеты