Читаем Парень из реалити-шоу (ЛП) полностью

========== Я парень из реалити-шоу ==========

Я тот парень, которого вы видели по телевизору. Помните того мелкого придурка, который насрал на обеденный стол из мореного дуба, когда родители отобрали у него геймбой? Помните, угол съемки был выбран именно так, чтобы закрыть интимные части тела мальчика дешевенькой вазой с искусственными ромашками и подсолнухами? Так вот, этим мальчиком был я. Джеральд. Младший из трех детей. Единственный сын. Совершенно неуправляемый.

Однажды я сделал кучу на полу примерочной торгового центра. Думаю, дело было в «Sears». Мама пыталась заставить меня примерить какие-то штаны и напутала с размером.

– Сиди здесь, – попросила она. – Сейчас принесу нужный размер.

В знак протеста против долгого ожидания, против новых штанов или против мамы я наложил между плетеным креслом и табуреткой, куда мама положила сумочку. И нет, это не было простительным. Я не был младенцем. Я даже ходить давно научился. Мне было пять. Я хотел высказаться.

Вы все смотрели с открытыми ртами и закрывали руками глаза, а три оператора с трех разных углов снимали, как я тужусь на кофейном столике в гостиной, рядом с подсвечником со свечами с запахом клюквы. Еще два парня держали огромные микрофоны. Они пытались сохранять серьезные лица, но у них не получалось.

– Еще немножко, парень! – выкрикнул один из них. Он просто не смог сдержаться. Я был слишком смешным. Да? Разве не так? Маленький избалованный сукин сын Джеральд. Маленький Джеральд, по любому поводу закатывавший такие истерики, что в гипсокартонных стенках оставались дырки, и вопивший так громко, что соседи вызывали полицию. Маленький поехавший дебил Джеральд, которому не хватало ТелеТёти, умевшей грозить пальчиком и верившей в три шага к успеху.

Теперь я в одиннадцатом классе. Все мои одноклассники видели, как маленький я какаю, под сорока разными углами. Они называют меня Сруном. В средней школе я пытался пожаловаться взрослым, во что превратилась моя жизнь.

– У славы есть обратная сторона, – говорили они.

Слава? Мне было пять. Мог ли я в пять лет написать продюсерам шоу письмо с просьбой прислать ТелеТётю, чтобы я перестал пробивать кулаками стены гламурного типового домика моих родителей? Нет. Я не мог, и я не писал письма. Я не хотел, чтобы к нам приезжала ТелеТётя. Но она все равно приехала. И я разозлился еще сильнее.

========== Часть первая. Глава 1 ==========

Сегодня вечер WWE. Это чемпионат по рестлингу – или «Живое мочилово», если вы не качок и ни разу не смотрели рестлинг среди тяжеловесов. Я его просто ненавижу, но «PEC-центр» зарабатывает на нем хорошие деньги. «PEC-центр» – это торгово-развлекательный центр Пенна, я там работаю. Я тот апатичный парень с заляпанной жиром футболке за кассой, который спрашивает у вас, желаете вы начос с сальсой, сыром, чили или халапеньо. Я тот парень, который пополняет запасы льда, потому что все остальные кассиры слишком ленивы, чтобы этим заниматься. Я тот парень, которому приходится говорить: «Простите, у нас совсем закончились крендели». Я слушаю, как родители жалуются, как дорого все стоит. Я слышу, как они говорят, что детям вредно есть всю эту гадость, от которой толстеют, а потом заказывают наггетсы и картошку. Я вижу, как они морщатся, когда дети заказывают огромные калорийные стаканы «пепси» с символикой WWE, чтобы все это запить. В вечер WWE налегают на жареную еду, напитки в стаканах с борцами и пиво.

Технически, я не имею права работать за этой стойкой, пока мне не исполнится восемнадцать и я не пройду курсы правильной подачи алкоголя. Там будет экзамен и все дела, я даже получу сертификат, который можно положить в кошелек. Сейчас мне почти семнадцать, и Бет, управляющая, позволяет мне здесь работать, потому что я ей нравлюсь и у нас договоренность. Я проверяю документы и ищу признаки опьянения: громкие разговоры, развязное поведение, остекленевший взгляд, невнятная речь. Потом, если все в порядке, я зову Бет, чтобы она налила им пива. Это если она не слишком занята. В таких случаях она разрешает мне налить самому.

– Эй, Срун! – кричит кто-то из конца очереди. – Посрешь для публики за двадцатку?

Это Николз. Он приходит только потому, что знает, что я могу налить ему пива. С ним стоит Тодд Кемп, он почти не подает голоса и большую часть времени стыдится общества Николза, потому что тот полный говнюк.