Читаем Паранойя полностью

— Нам что, покрасить след электрическими цветами? Или послать вам приглашения на проверку охраны? За последнюю неделю мы проводили тренировку в трех зданиях, и вы — самые худшие из всех. Не профессионалы, а любители. — Я взял планшет, ручку и начал писать. — Итак, мне нужны имена и номера бейджей. Ты! — Охранники медленно попятились. — А ну, сюда! Вы думаете, корпоративная безопасность — это вам пончики с шоколадом? Когда мы сдадим рапорт, покатятся чьи-то головы, я вам обещаю.

— Макнамара, — неохотно выговорил второй.

— Валенти, — выдавил из себя первый.

Я записал.

— Номера бейджей? И черт возьми, откройте эту чертову дверь, а потом оба выметайтесь.

Первый подошел к считывающему устройству, помахал перед ним бейджем. Раздался щелчок, зажегся зеленый свет.

Я открыл дверь, возмущенно качая головой. Охранники развернулись и потрусили назад. Первый угрюмо сказал второму: «Сейчас проверю в диспетчерской. Что-то мне это не нравится».

В моей голове стучало так громко, что они тоже должны были слышать. Я выкрутился, но понимал, что выиграл всего пару минут. Охранники свяжутся по радио с диспетчером и тут же узнают правду — что никакой проверки защиты не назначено. Тогда они вернутся, и мне мало не покажется.

Я посмотрел на детектор движения, не зажегся ли огонек, — нет.

Когда детекторы включаются, они направляют камеры на движущийся объект.

Но сейчас они были отключены. Значит, камеры были зафиксированы, не двигались.

Смешно: Мичем и его помощники научили меня справляться с охранными системами куда посложнее. Наверное, Мичем был прав: можно забыть о фильмах. В реальности корпоративная охрана всегда довольно примитивна.

Теперь я мог войти в маленький холл так, чтобы меня не увидели камеры. Они были направлены на дверь в секретный объект "С". Я сделал несколько осторожных шагов внутрь, распластавшись вдоль стены. Потом медленно пробрался за одной из камер. Я знал, что нахожусь в слепом пятне и меня не могут увидеть.

Тут ожил радиотелефон.

— Выбирайся! — заверещал Сет. — Всем приказали бежать на пятый этаж, я только что слышал!

— Я... я не могу, я уже почти там! — крикнул я в ответ.

— Шевелись! Давай же, сматывайся!

— Нет! Не могу! Пока нет!

— Кэссиди...

— Сет, послушай меня. Выбирайся сам — по лестнице на грузовом лифте, как угодно. Жди меня в фургоне снаружи.

— Кэссиди...

— Пошел! — крикнул я и отключился.

Раздался громкий звук — горловой механический вопль сирены совсем неподалеку.

А что теперь? Нет, я не могу остановиться здесь, в паре шагов от проекта «Аврора»! Я подобрался слишком близко!

Я должен идти дальше.

Сирена все вопила: «У-а, у-а, у-а!» Оглушительно, как сигнал воздушной тревоги.

Я вытащил из комбинезона баллончик с растительным маслом-аэрозолем, подпрыгнул и забрызгал линзу. Масло потекло по стеклянному глазу. Готово.

Сирена продолжала выть.

Теперь камера ослепла, ее оптика работала — но так, чтобы привлекать как можно меньше внимания. Тот, кто будет смотреть на монитор, увидит, что изображение неожиданно помутнело. Возможно, он обвинит в этом апгрейд сетевых соединений, о которых его предупреждали. Расплывшееся изображение не должно привлекать большого внимания на фоне остальных. По идее.

Правда, теперь тщательность казалась почти бессмысленной, потому что сюда уже бежали. Те самые охранники, которых я облапошил? Или другие? Это не так важно.

Слышались шаги, крики, но далеко, как фоновый шум по сравнению с сиреной, от которой лопались барабанные перепонки.

Может, я еще успею?

Если потороплюсь. Как только я войду в лабораторию «Авроры», они наверняка не смогут зайти за мной. По крайней мере это будет сложнее. Если, конечно, у них нет приоритета в системе охраны, что кажется маловероятно.

Может, они и не узнают, что я там.

Конечно, если я сумею туда забраться.

Теперь я обошел помещение, держась вне зоны действия камеры, пока не дошел до второй. Встав в слепое пятно, подпрыгнул, брызнул маслом, испортил изображение.

Теперь охрана не видела меня через мониторы, не видела, что я собираюсь сделать.

Почти вошел. Еще пара секунд — как я надеялся, — и я внутри «Авроры».

Как я оттуда выйду — уже другое дело. Я знал, что там есть грузовой лифт, в который нельзя попасть снаружи. Активирует ли его бейдж Аланы? Я надеялся, что да. Это был мой единственный шанс.

Черт подери, я почти не мог нормально думать: орала сирена, голоса становились громче, шаги — ближе. Мысли бешено крутились. Знают ли охранники об «Авроре»? Насколько все держится в тайне? Если не знают, то могут и не понять, куда я направился. Может, они просто бегают по коридорам каждого этажа и пытаются без всякой координации найти второго нарушителя.

На стене слева от блестящей стальной двери была маленькая бежевая коробочка: сканер отпечатков пальцев «Идентикс».

Из переднего кармана комбинезона я вытащил прозрачный пластиковый футляр, а оттуда дрожащими пальцами — полоску пленки с отпечатком большого пальца Аланы, со следами графитового порошка.

Осторожно прижал пленку к сканеру, туда, где обычно кладут большой палец, и стал ждать, когда красный светодиод сменится зеленым.