Читаем Параллельный мир полностью

Видимо, надо сбросить “пространственно-временные” цепи, опутывающие наши теории по рукам и ногам. Пространственно-временные координаты ведут свое начало от графического представления. Если бы мы изобрели компьютер до линованной бумаги, сегодня наши представления о Вселенной могли бы быть совершенно иными.

Замечательный диалог Кардано с двумя сильфами, у которых не было согласия относительно происхождения Вселенной, очень хорошо резюмирует эту проблему. Один из сильфов полагал, что мир существовал извечно. Другой же был ближе к исламскому окказионализму: Вселенная — это мир случайных событий. Сейчас вы читаете книгу, являющуюся лишь некоей случайностью по отношению к написанной мною книге. Можете ли вы быть уверены, что она идентична всем другим экземплярам? Ручка, которой я написал эти слова, совсем не обязательно та же самая, какой я пользовался минуту назад; она может быть новым обстоятельством, новой случайностью по отношению к той, первой ручке.

Пространство и время могут быть адекватными понятиями, чтобы начертить путь локомотива, но абсолютно бесполезны для поиска информации. Кажущимся исключением представляются библиотеки, но тот, кто пытался найти что-либо в современной библиотеке с бесконечными полками, выстроившимися рядами вдоль вертикальных стен, признает, до какой степени трудно отличить порядок от беспорядка в декартовых координатах.

Современные специалисты по информатике давно уже знают, что расположение по порядку в пространстве и во времени большого массива данных, поступающих с высокой скоростью, является наихудшим способом из всех возможных. В большой компьютерной базе данных тематически связанные записи не размещают в последовательном порядке. Гораздо удобнее вводить их в память по мере поступления, а для последующего их извлечения построить алгоритм, основанный на ключевом слове (“хэш-код”, если пользоваться специальной терминологией). Такая процедура позволяет выстроить индекс записей в произвольном порядке. Тогда вероятность служит неким связующим звеном между объективной вещью, местом записи, и чем-то субъективным, просьбой извлечь ту или иную информацию.

Синхронность событий и всевозможные совпадения, которыми изобилует наша жизнь, наводят на мысль, что мир организован скорее как база данных, случайным образом организованных (Мультиверсум), чем библиотека с последовательно расставленными книгами (четырехмерная Вселенная традиционной физики).

Создания Мультиверсума

Если четвертое измерение (время), существование которого мы допускаем, на самом деле отсутствует, то человеческий мозг, возможно, воспринимает события ассоциативно. Так, как это делают современные компьютеры. Пользователь “вызывает” нужные ему записи, прибегая к ключевым словам — словам управляющим. Например, если он запрашивает все пересечения между множествами “микроволны” и “мигрень”, то может найти два десятка статей, о существовании которых даже не подозревал. Если мы живем скорее в ассоциативной Вселенной системного программиста, чем в “последовательной” Вселенной физика, исповедующего идею пространства— времени, тогда чудеса уже перестают восприниматься как иррациональные события. Философия, вытекающая из подобных размышлений, была бы ближе к исламскому окказионализму, нежели к картезианской и ньютоновой Вселенной. И тогда следовало бы выработать новую теорию информации, которая могла бы рассказать много интересного о связи с обитателями иных физических реальностей, созданиями Мультиверсума, и пролить новый свет на опыт очевидцев, похищенных НЛО.

Должны ли мы верить очевидцам, описывающим свое пребывание на борту НЛО? Как я постоянно подчеркивал на протяжении всей книги, нет причин сомневаться в их честности, искренности и порядочности. Слова д-ра Саймона по поводу Бетти и Барни Хилл по-прежнему ясны, как и двадцать лет назад: “Для них, бесспорно, этот опыт реален”.

Означает ли это, что мы должны воспринимать их воспоминания буквально? Не думаю. Эти события произошли в пределах реальности, которую мы пока просто не понимаем; воздействие было оказано на ту часть человеческого сознания, которую мы тоже еще не открыли. Феномен НЛО, как мне представляется, — это одно из средств, при помощи которого неведомая форма разума чрезвычайной сложности общается с нами на символическом уровне. Ничто не указывает на ее инопланетное происхождение. Скорее, она с лихвой доказывает, что имеет доступ к таким психическим процессам, которые мы еще не только не подчинили себе, но даже и не исследовали. Перед лицом такого взаимодействия на символическом и мифологическом уровне все наши сеансы гипноза и исследования по имплантации мысли могут оказаться столь же несерьезным занятием, как и вопросы инквизиторов, заданные колдуньям, возвратившимся с шабаша, и поиски дьявольских отметин на их телах.