Читаем Парадокс ХХ века полностью

Можно ли полагать, что такое быстрое распространение знаний, такой ошеломляющий рост являются чем-то большим, нежели маленькой частью того, чем окажется Вселенная, когда она будет правильно понята? Нет. Наша наука - это всего-навсего капля воды, наше незнание - океан. Если и есть уверенность, так только в том, что мир наших физических познании окружен другим, несравненно более широким миром, о котором мы не можем в настоящее время составить никакого определенного представления".

Не забудьте, что это было сказано в 1895 году! В историю науки вошла речь Вильяма Томсона, лорда Кельвина, президента Лондонского королевского общества, "...сегодня смело можно сказать, что грандиозное здание физики науки о наиболее общих свойствах и строении неживой материи, о главных формах ее движения - в основном возведено. Остались мелкие отделочные штрихи..."

Кончался XIX век, и изобретатель гальванометра Кельвин имел все основания быть довольным. Как видим, современная своему времени наука всегда верна себе. Ни Кельвин, ни коллеги Вильяма Джеймса по Гарвардскому университету не сумели заглянуть в ближайшее столетие, начало которого отмечено теорией относительности и квантовой механикой. А кто возьмется предсказать наиболее значительные открытия в области физики, которым предстоит увидеть свет в XXI и в последующие века?

По словам доктора философских наук А.М. Мостепаненко, "развитие физики происходит не путем простого накопления знаний, а в процессе формирования и развития все более полных физических картин мира. Когда определенная физическая картина мира уже сформировалась и наука добилась больших успехов в описании явлений, возникает иллюзия того, что она окончательная и охватывает все основные фундаментальные закономерности природы. Так было в периоды успеха механистической и электродинамической картин мира, такие тенденции имеются и сейчас, в рамках современной кванто-релятивистской картины мира.

Однако со временем оказывается, что такие надежды неосновательны. Новые физические открытия не укладываются в старую систему представлений о реальности. В конце концов наступает смена представлений, которая ощущается исследователями как революция в физике, в корне меняющая, по выражению Макса Борна, весь стиль физического мышления" (А.М. Мостепаненко, "Пространство и время в макро-, мега- и микромире", М., 1974).

В качестве одного из последних примеров постепенного перехода от псевдознания к знанию можно привести идею о возможности управления ходом времени. "В нашей философской литературе долгое время было распространено мнение, что допущение необычных свойств пространства и времени, таких, как многомерность пространства, обратимость времени и т.д., несовместимо с материализмом". Но время идет, и вот уже "проблема времени и пространства приобретает все большее естественнонаучное и общемировоззренческое значение. От дальнейшей ее разработки во многом зависят перспективы развития как научного познания, так и научного материалистического мировоззрения" (А.М. Мостепаненко, "Пространство и время в макро-, мега- и микро мире").

В статье, посвященной многострадальному Бермудскому треугольнику, ставится вопрос о возможности попадания в зону с иным ходом времени, в зону, из которой можно было бы провалиться в прошлое или попасть в будущее, иначе говоря, в другое измерение. Послушаем доктора физико-математических наук профессора К.П. Станюковича: "Мы не умеем управлять ходом времени. Но это не значит, что никто во Вселенной не умеет им управлять. Теоретически это возможно. Однако для изменения хода времени требуется гигантское напряжение потенциала гравитации" ("Комсомольская правда", 13 января 1979 г.).

Наперекор пессимистам и скептикам человечество решит и эту проблему. Итак, свойства времени и пространства не являются раз навсегда данными и неизменяемыми. И вот уже задаются вопросы, создающие дискомфорт для здравого смысла:

- Почему наше пространство имеет три измерения?

- Может ли время течь в обратном направлении?

- Могут ли существовать материальные объекты вне пространства и времени?

И, тем не менее, эти вопросы ставятся на повестку дня современного естествознания и философии. Широко известно положение Энгельса о том, что "с каждым составляющим эпоху открытием даже в естественноисторической области материализм неизбежно должен менять свою форму" (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., т. 21, с. 286). Вроде все известно, но... одни рождены ползать, другие ждут соответствующего указания от начальства, а иные заражены "хронической болезнью" человеческого разума, названной Реми Шовеном "синдромом сопротивления будущему".