Читаем Парадокс ХХ века полностью

20 июля 1967 г. в вахтенном журнале аргентинского судна "Навьеро" появилась весьма любопытная запись. Происшествие имело место примерно в 120 милях от побережья Бразилии в 6 час. 15 мин. пополудни (по аргентинскому времени): "Офицеры и команда в это время ужинали. Капитану Хулиану Лукасу Арданза позвонил один из офицеров, Хорхе Монтойя, и взволнованно сообщил, что около судна появилось нечто странное. Прибежав на палубу, капитан увидел примерно в 50 футах по правому борту сияющий объект. Он имел сигарообразную форму, и его длина составляла около 105-110 футов. От него исходило мощное голубовато-белое сияние, причем он не издавал никаких звуков и не оставлял следа на воде. Не видно было ни перископа, ни поручней, ни башни, ни надстроек, вообще никаких выступающих частей. Таинственный объект четверть часа двигался параллельно "Навьеро". Зная, что "Навьеро" идет со скоростью 17 узлов, капитан Арданза определил его скорость примерно в 25 узлов. Дальнейший ход событий вызвал у экипажа "Навьеро" замешательство, ибо загадочный объект совершенно неожиданно нырнул, прошел непосредственно под "Навьеро", а затем быстро исчез в глубинах, излучая под водой яркое сияние" ("Техника-молодежи", 1972, N" 9).

(В журнале "Техника-молодежи" статью профессора А. Сандерсона комментировал контр-адмирал инженер М. Рудницкий. "Появление гидроакустических эхо-сигналов и "закодированных странных сообщений может быть объяснено отражением сигналов от подводных волн разной плотности", - пишет комментатор. И здесь знакомый подход к необъяснимому: группа ученых из научноисследовательского управления ВМС США, проводившая испытания в области дальней подводной связи, приняла "какое-то странное закодированное сообщение, которое электронные вычислительные машины до сих пор не могут расшифровать", а комментатор знает, чем это может быть объяснено! Значит ли это, что речь идет не с группе ученых, а о группе неучей из научно-исследовательского института ВМС США? Все, что оказалось еще более загадочным, объясняется комментатором еще проще: "...вымышлено от начала до конца". Значит ли это, что у профессора А. Сандерсона нет элементарных знаний для проведения четкой границы между ложью и правдой? А если профессор А. Сандерсон официальные документы ВМС США видел собственными глазами, значит ли это, что офицеры, технические специалисты и другие участники военно-морских маневров ВМС США набираются из выпускников второго класса церковно-приходской школы?)

В 1976 году в "Неделе" (N 43) помещена следующая интересная заметка С. Быковского: Восемь лучей тайны. Научное судно "Владимир Воробьев", выполнявшее задание АзЧерНИРО, было в Аравийском море. Начальника рейса Э. Петренко вызвал на мостик вахтенный штурман и вместо рапорта показал на воду. Вокруг судна в радиусе 150-200 метров вращалось против часовой стрелки яркое белое пятно, распадаясь на восемь частей. Словно бы от действия лопастей винта. Эхолот фиксировал 170 метров глубины, одновременно показывая присутствие под килем некоей массы - на глубине примерно 20 метров.

Произошло это в 23.30. В 24.00 вращение светового пятна мгновенно прекратилось. Измерили температуру воды - нормальная, + 26 градусов. Взяли пробу - следов скопления планктона не обнаружили. Обо всем увиденном сделана запись в судовом журнале. Что это было? Ни на другую ночь, ни в последующие явление не повторилось.

Свечение моря наблюдается обычно на мелководье и вызывается светящимися микроорганизмами. Очень часто самые замысловатые наблюдения пытаются свести к скоплениям рачков или планктона. А в данном конкретном случае никуда не денешься! Научное судно. Научные работники, в компетенции которых не должен сомневаться ни один контр-адмирал инженер, исходили не из того, что может быть или не может, а действовали путем исключения возможных объяснений. Взяли пробу - следов скопления планктона не обнаружили. Эхолот показывал присутствие под килем некоей массы. Логично спросить: не была ли эта некая масса причиной вращения яркого белого пятна, распавшегося на восемь частей?

"Этот случай, - пишет канд. техн. наук В. Ажажа в заметке, озаглавленной "Круги в океане" ("Неделя", 1977, N 18), - заинтересовал секцию подводных исследований океанографической комиссии Академии наук. "Дорасследование" показало, что в момент, предшествовавший наблюдению, вышел из строя электрогенератор, дающий питание на траловую лебедку. А вокруг судна наблюдались строго повторяющиеся вспышки какого-то неестественного света. Свет пробегал волнами в форме восьми вращающихся загнутых лучей, напоминающих лопасти турбины. Через полчаса свечение ослабло, а диаметр "колеса" уменьшился до 80-100 метров. И хотя не было слышно звуков, члены экипажа испытывали как бы давление на барабанные перепонки. Наблюдались легкие волны, создавалось впечатление вибрации воды".

Перейти на страницу:

Похожие книги

1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
История России с древнейших времен до наших дней
История России с древнейших времен до наших дней

Учебник написан с учетом последних исследований исторической науки и современного научного подхода к изучению истории России. Освещены основные проблемы отечественной истории, раскрыты вопросы социально-экономического и государственно-политического развития России, разработана авторская концепция их изучения. Материал изложен ярким, выразительным литературным языком с учетом хронологии и научной интерпретации, что во многом объясняет его доступность для широкого круга читателей. Учебник соответствует государственным образовательным стандартам высшего профессионального образования Российской Федерации.Для абитуриентов, студентов, преподавателей, а также всех интересующихся отечественной историей.

Людмила Евгеньевна Морозова , Андрей Николаевич Сахаров , Владимир Алексеевич Шестаков , Морган Абдуллович Рахматуллин , М. А. Рахматуллин

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное