Читаем Парад скелетов полностью

– Все! – сказал Лосовски, вытаскивая из рукава похожий на трубку сотовой связи прибор и вытягивая из него длинную антенну. – Включаю радиомаяк. Будем ждать вертолета.

Сержант Прицолла коротко глянул в сторону ущелья, в котором уже скрылись двое недавних пленных. До высоких скал, обозначающих вход, они добрались очень быстро. В нормальной обстановке, наверное, времени на этот путь потребовалось бы вдвое больше. И оба скрылись за поворотом.

– Они лейтенанта нашего сильно испугались, – уловив взгляд сержанта, сказал капитан Лосовски. – С перепугу даже о сопротивлении забыли. Насмотрелись фильмов о звездных войнах и на внешний вид обращают внимания больше, чем на сущность. Но это тоже следует иметь в виду. Психологическое давление может оказаться в какой-то момент более действенным средством, чем силовое.

– Я сам, когда вас увидел, понять не мог – то ли роботы, то ли «зеленые человечки», – без улыбки признался сержант Прицолла. – Не слишком приятно было на вас смотреть, честно скажу.

– Да, непонятное всегда пугает, – согласился и майор Томпсон.

Впрочем, о своем испуге майор предпочел не распространяться.

– Это, наверное, тоже следует учесть, когда я буду писать отчет, – сказал капитан. – Особенно, мне думается, экзокостюм производит впечатление на малоинтеллектуального противника. Первый сегодняшний пленник, тот полицейский, которого я пристрелил, смотрел на меня так, что глаза, казалось, вот-вот лопнут. И только одно слово повторял: «Куффар [15] , куффар»…

– Мы для них все куффары, – заметил майор Томпсон, – в каком бы костюме ни предстали.

– Все мы для них куффары, соглашусь, – кивнул Лосовски. – Но к куффарам тоже может быть разное отношение. Вас вот хотели уничтожить, а нас испугались. Это как раз и говорит о том, какое значение имеет психологическая атака.

Капитан снял с головы шлем, и сержант Прицолла решил, что этому человеку даже экзокостюм не нужен, чтобы напугать противника. Достаточно будет один раз обнажить голову, и толпы врагов, побросав оружие, просто побегут, наступая один другому на пятки. Но сказать это вслух сержант не решился. Тем не менее с рядовым Рейцигом он все же переглянулся.

– Вертолет… – сообщил лейтенант Принстон, который давно уже шлем снял и потому хорошо слышал окружающий мир.

Лосовски посмотрел на часы.

– Да. Пора уже и вертолету быть…

После вечерних занятий с преподавательницей английского я еще добрых три часа потратил на занятия тем же языком, только уже с планшетом. Позволил себе сделать перерыв на ужин. Но когда санитарка принесла мне на пластиковом подносе еду, произнес слова благодарности по-английски. Санитарке это, кажется, сильно не понравилось, и она посмотрела на меня косо, как на пьяного. Я еще и улыбнулся. Этого было достаточно, чтобы женщина выскочила из моей палаты. Я же продолжил занятия, словно не прекращал их…

В этот вечер мне не ставили обычные уколы антибиотиков. Когда, на ночь глядя, в палату зашла дежурная медсестра, чтобы спросить про мое самочувствие, я поинтересовался о причинах.

– Заведующий отделением отменил. Утром, до его прихода, поставим капельницу, потом дадим вам активированный уголь. Заведующий из дома принесет крапивный чай, из собственных запасов, он антибиотики очень хорошо выводит. Будем усиленно поить. Лучше крапивного чая для этого ничего не бывает. И после вам пропишут какие-то китайские препараты. Но перед ними следует организм хорошенько очистить от токсинов.

– Сдаюсь, – сказал я.

Сплю традиционно мало, просыпаюсь всегда в начале пятого. И в госпитале не нашел причин для изменения своего графика сна, чтобы не пришлось потом с большим трудом втягиваться в то, что уже вошло в привычку на уровне подсознания. Одноместная палата способствовала тому, чтобы я никому не мешал. Позволил себе с кровати встать, пройти до подоконника, потом до двери, потом до туалета, рядом с дверью расположенного, потом обратно до кровати. Слегка кружилась голова, но это терпимо, когда есть за что рукой ухватиться. Когда снова лег, подумалось, что испытание ног далось мне нелегко, затратил много усилий на такую прогулку. Взялся за планшетный компьютер, чтобы продолжить вечерние занятия. И госпитальное утро для меня стало, по сути дела, уже разгаром рабочего дня. Мне в самом деле сначала поставили капельницу, которая сильно мешала заниматься с планшетом, потом принесли двухлитровую банку с крапивным чаем и упаковку из десяти таблеток активированного угля. Таблетки желательно было поглотить сразу все. А эту банку с чаем должен был осилить в течение дня. Я осилил ее за пятнадцать минут, запивая таблетки. Не скажу, что чай мне понравился больше обычного и настоящего, но я умею необходимое принимать за обязательное. И звонком вызвал медсестру, показав ей на пустую банку.

– Заваривайте еще.

– Уже? Врач велел после двух банок чая давать препараты.

– Значит, перед обедом будем принимать.

– После обеда. Их принимают после еды. В еде придется себя немножко ограничить. Такие рекомендации.

– Нет проблем. Несите чай. Крапиву отдельно не нужно.