Читаем Папочка (ЛП) полностью

О, Боже. У него был невероятный голос. Мягкий с необходимым количеством хрипотцы. Тембр идеальный, он гармонизировал с Эдом. Он плавил меня. А затем в строчке «люди влюбляются каким-то непостижимым образом», он взял мою левую руку, переплетая наши пальцы. Восхитительная дрожь пробежала по всему моему телу. Я посмотрела на него, и его глаза на мгновение встретились с моими. На его лице промелькнула дерзкая улыбка, когда он продолжил петь.

- О, детка, возьми меня в свои любящие объятия, - я молча пропела текст в своей голове, когда он снова посмотрел на дорогу и закончил песню, полностью гармонируя с моим любимым исполнителем.

- Вау, Дрейк! Ты поешь великолепно! – воскликнула Тай, прежде чем я успела хоть что-нибудь произнести.

- Да, - согласилась я дрожащим голосом, нечто среднее между восхищением и влюбленностью. Зачем он поднял эмоциональную бурю во мне? Я никогда не испытывала такого к мужчине. Даже с Кайлом. С Кайлом у меня было дикое увлечение. Идолопоклонство. Необходимость в побеге. То, что я ощущала с Дрейком, было нечто иным. Все казалось реальным. Искренним. Приземленным. Он нравился мне. Вообще-то он мне больше, чем нравился. Он разжигал во мне искры, которые могли превратиться в лесной пожар, если бы я не держала все под контролем.

Движение было незагруженным, и мы добрались до пирса менее чем за час. При виде океана и аттракционов, Тай завизжала от восторга.

- Мамочка, я сначала хочу покататься на американских горках! Пожалуйста? Очень прошу!

Пять вагончиков на американских горках носились вокруг огромного ярко-желтого трека. Люди кричали. Я никогда не каталась на американских горках или колесе обозрения. Моя вечно пьяная мать никогда не водила нас в парки развлечений. Никогда. И теперь, возможно, я была слишком стара для этого. Однако, Тай отсчитывала дни, чтобы пойти на пирс, и я надеялась, что она была достаточно высокой для этого аттракциона. Я прочитала в интернете, что ваш рост должен был составлять, по крайней мере, сорок два дюйма, а рост Тай был около того.

- Давайте, девчата. Это будет весело! – Дрейк выскочил из машины, расстегнул автокресло Тай и вытащил ее из него.

- Дрейк, можешь покатать меня на плечах?

Улыбка, которая могла осветить небо, показалась на его лице.

- Конечно, именинница.

Я видела, как он с легкостью посадил Тай на плечи.

- Дрейк, будь осторожен с ней.

Он закатил глаза.

- Серьезно, Ди?

- Ой, мамочка, ты такая паникерша, - сказала Тай со смехом, когда Дрейк обошел машину, чтобы открыть мне дверь.

- Я могла бы и сама это сделать, - произнесла я, отстегивая ремень безопасности.

- Ну, ты этого не сделала, а я был воспитан джентльменом.

Джентльмен. Благородный человек. Я никогда раньше не сталкивалась с таким в своей неспокойной жизни.

- Спасибо, - тихо сказала я.

И снова ослепительная улыбка промелькнула на его лице, посылая мои эмоции по своеобразным американским горкам.

Пересекающий одновременно широкий песчаный пляж и бело-курчавые волны Тихого океана, знаменитый пирс Санта-Моника, открывшийся в 1909 году, протянулся почти на полмили. Он был усеян людьми всех возрастов и рас, семей, друзей, влюбленных, радостно объединенных стремлением весело провести день. Несмотря на мой протест, Дрейк приобрел «семейный пакет», который включал однодневные браслеты на все аттракционы. Я бы солгала, если бы не сказала, что это было похоже на…что мы были семьей, семьей из трех человек, которые были вместе навсегда. Я была поражена тем, как комфортно было Тай с Дрейком и наоборот. Они подходили друг другу, как хлеб с маслом. При виде этого грешного сексуального мужчины с моей гордостью и радостью на спине, мое сердце увеличилось в размерах от переполняющих меня чувств, которые я не могла выразить словами. Было что-то в этом потрясающем мужчине с моей драгоценной дочерью, от которого у меня внутри все трепетало. Желая запомнить их вместе, я сделала несколько фотографий на свой телефон, пока мы стояли в очереди на американские горки.

- Дай мне свой телефон и встань рядом с нами, - сказал Дрейк, все еще держа Тай на плечах. – Я сделаю селфи.

Прежде чем я успела моргнуть, телефон был в руках у Дрейка, а я стояла рядом с ним.

- Улыбочку… скажите сыр… скорчите рожицу, - командовал он, щелкая одну фотографию за другой, пока мы с Тай подчинялись. – А теперь высуньте языки.

Смеясь, я повернулась к Дрейку и сделала так, как он и просил. К моему удивлению, его язык встретился с моим и щелкнул по нему. Теплое, щекотливое прикосновение послало стаю бабочек в самое сердце, а в голове я умоляла его о большем… о его губах на моих, о его руках на моем теле. Мои глаза закрылись, пока его язык продолжал играть с моим. Я не знала, как долго это продолжалось, пока голос Тай не вывел меня из этого состояния, заставляя моментально открыть глаза. Я сразу же отстранилась от Дрейка, на лице которого растянулась кривая ухмылка. Он облизал верхнюю губу, наверняка, просто чтобы рассердить меня. Да, я была на взводе.

- Мамочка! Дрейк! Уже почти наша очередь!