Читаем Папарацци полностью

Я вынула газету «Студенческий меридиан» и посмотрела дату номера со статьей о предвыборной борьбе Борисевича и Данчука. Номер вышел в пятницу, а в субботу редактора «Меридиана» В.Л. Дектерева сшибли машиной. Ничего себе – оперативно работают ребята. Интересно, от кого был этот автомобиль, от Борисевича или от Данчука? Если от Борисевича, то уик-энд у него был тяжелый: наезд на редактора и попытка изъять у меня фотографии.

Кстати о фотографиях, снова задумалась я. Кому же их, черт возьми, отдать? Держать их у себя становилось все опаснее и опаснее, учитывая методы и стиль работы заинтересованных в них людей. А может, отдать их Данчуку? Личность Борисевича была мне более или менее знакома и очень неприятна. Данчук же пока находился в тени, и оставалась слабая надежда, что он может оказаться более порядочным человеком, чем его конкурент.

А что, если мне посетить его предвыборный штаб? Меня там не знают. Прикинусь кем-нибудь – журналисткой или просто теткой с улицы. Поговорю с ним и, если разговор не вызовет у меня приступа тошноты, оставлю ему фотографии.

Какой-то внутренний голос нашептывал мне, что меня снова черт надирает и я лезу туда, куда мне и носа совать не следует, но я уже приняла решение и уверенным шагом направлялась к выходу из университета.

Позвонив в справочную, я выяснила сначала телефон областной избирательной комиссии, позвонила туда и узнала, где находится избирательный штаб кандидата в депутаты Данчука.

Через двадцать минут ходьбы я свернула с Бабаевской на улицу Петина, прошла еще метров тридцать и оказалась перед серым трехэтажным особняком за номером тридцать семь. Входные двери были гостеприимно распахнуты.

У дверей я задержалась, так как они были облеплены всевозможными листками с информацией. Один из них меня сильно заинтересовал. В нем говорилось, что «штаб поддержки избирательной кампании кандидата в депутаты областной Думы Данчука В.Г. проводит набор временных сотрудников на период до окончания выборов». Обращаться надо было на третий этаж. Похоже, это как раз то, что мне нужно!

Я вошла в здание и стала подниматься по лестнице. На первом этаже располагались две жилые квартиры, на втором – районный центр занятости, на лестничной площадке которого толпились люди, в основном женщины.

Третий этаж был исключительно «политический». На входной двери красовалась табличка с надписью «Движение в поддержку президента» (без указания, какого именно), а ниже висела табличка, информирующая о том, что здесь находится избирательный штаб кандидата в депутаты Данчука.

Войдя, я сразу попала в большой зал, где толпились люди, как на вокзале. Мебели здесь было мало. Несколько столов, заваленных агитационными листами и другими материалами, стояли в центре зала. Этим же хламом были завалены два стоящих у стены шкафа. На одной из стен висела карта избирательного округа. Люди стояли кучками по три-пять человек. Главным образом пожилые женщины, но попадались и мужчины. Все они держали в руках пачки листовок и внимали своим инструкторам. Это и были временные сотрудники – агитаторы.

Инструкторы сильно отличались от агитаторов и по возрасту, и по внешнему виду. Это были молодые люди, одетые кто в белые рубашки, кто в модные цветастые. Они, по-максимуму насыщая свою речь солидными интонациями, объясняли бабулькам, куда тем надо пойти и что делать, периодически подводя инструктируемые ими группы к карте.

Молодой человек изящным жестом руки, в которой он держал авторучку, как указку, объяснял:

– Сегодня нашим планом предусматривается охватить агитацией вот эти две девятиэтажки, туда вы сейчас и отправляетесь. После того как работа будет завершена, листовки разложены по почтовым ящикам и в людных местах, вы, Александр Порфирьевич, – он ткнул авторучкой в сухонькую грудь стоявшего перед ним старичка, – явитесь сюда, в штаб, и доложите мне о проделанной работе. О'кей? – заключил он вопросом свою речь.

Старик молча кивнул, глядя на молодого человека грустными глазами.

– Ну тогда все. Вперед, по коням! – бодро сказал молодой человек и хлопнул два раза в ладоши, чтобы активизировать спящих на ходу агитаторов. Когда группа разошлась, молодой командир переключил свое внимание на вновь вошедшую, то есть меня.

– А вы что хотели? – спросил он, подходя ко мне, при этом его взгляд, словно лазерный луч, скользил по мне все ниже и ниже, замерев где-то в районе моих коленок.

Я откашлялась, заставив этим молодого человека поднять взгляд. У него было полное щекастое лицо – немного детское, которое совершенно не вязалось с тем деловым видом, который он старательно на себя напускал. Мне захотелось ухватиться за его щеку и потрепать ее, приговаривая при этом:

– У-ти, мой славненький! Наконец-то тебе дали порулить и поиграть во взрослые игры!

Но я сдержалась и сказала сухо и официально:

– Я по поводу объявления на первом этаже. Вам нужны помощники в избирательный штаб?

– Да-да, конечно, – сказал он, несколько оживившись, – только вам надо побеседовать с господином Мушкановым – начальником штаба.