Читаем Память льда (ЛП) полностью

Задрожала земля — это демон сделал шаг к Итковиану. Воин в отчаянии поднял меч.

Когда тварь сделала еще шаг, арканы туго натянулись в противоположные стороны. Одновременные умелые рывки опрокинули монстра. Голень с сухим хрустом оторвалась от бедра, голова слетела с плеч со столь же мерзким звуком.

Тело и голова упали на землю с тяжелым стуком ломающихся костей.

Неподвижные тело и голова. Тварь была мертва.

Трепещущий Итковиан медленно встал на ноги.

Торун вел за собой трех всадников. Столько же было и с Фаракалианом. Каждый аркан был туго привязан к веревке, а веревка сразу к четырем седлам. Вот что стояло за недавним мощным рывком — соединенные силы восьми лошадей, по четыре на каждую сторону, сделали то, чего не смогло сделать оружие.

К Надежному Щиту подскакали двое всадников. Один подал руку. — Скорее, командир, я освободил стремя.

Итковиан безмолвно ухватился за руку и сел в седло позади солдата. И увидел…

Еще четырех демонов в пятистах шагах, мчащихся к ним со скоростью горной лавины.

— Нам их не обогнать.

— Да, командир.

— Значит, разделимся… — начал Итковиан.

Всадник пришпорил лошадь. — Да, сир. Мы самые тяжелые — Торун и Фаракалиан постараются выиграть время…

Вдруг под ним споткнулась лошадь. Не готовый к этому Надежный Щит запрокинулся и выпал из седла. Задохнулся от удара от твердую почву и покатился, оглушенный. Остановила его пара твердых словно железо ног.

Итковиан поглядел вверх, мигая и вздрагивая, и обнаружил кряжистое, облаченное в меха тело. Из под украшенной рогами шапки на него смотрело сухое темно-коричневое лицо. Глаза — если они были — скрывались в глубоких орбитах.

Боги, ну и денек.

— Твои солдаты приближаются, — проскрипело создание на элинском языке. — Но вы освобождены от… этого боя.

Лучник все еще возился с упавшей лошадью. Он чертыхнулся и замолчал, удивленный увиденным.

Надежный Щит всмотрелся в лицо неупокоенного. — Кто вы?

— Против немертвых, — сказал труп, — поднялась армия того же толка.

Вделеке Итковиан расслышал звуки битвы — никаких криков, только лязг оружия, бесконечный, даже усиливающийся. Застонав, он перекатился на бок. В затылке строила бастионы головная боль, по всему телу пробегали волны дурноты. Он сел, стиснув зубы.

— Десять выживших. — Стоявший над ним вроде бы забавлялся. — Вы хорошо дрались… для смертных.

Итковиан вгляделся. Армия живых трупов, очень похожих на стоявшего над ним, окружила демонов. На ногах их осталось лишь двое. Даже издалека наблюдать эту битву было тяжело. Во все стороны летели куски тел неупокоенных, но их число все прибывало. Огромные кремневые мечи рубили демонов, пластая на куски. Пять ударов сердца — и бой окончился.

Надежный Щит решил, что погибло не менее шести десятков облаченных в меха воинов. Оставшиеся продолжали рубить на куски павших тварей, деля обрубки на все более мелкие части. На склонах холма то и дело взвивались столбы праха — все больше неупокоенных с кремневыми мечами. Армия, неподвижно застывшая под солнцем.

— Мы не знали, что К'чайн Че'малле вернулись в эти края, — сказал кожаный труп.

Оставшиеся солдаты Итковиана сбились в кучу, напряглись, наблюдая творившееся со всех сторон волшебство.

— Кто, — еще раз тупо спросил Итковиан, — вы такие?

— Я Гадающий по костям Пран Чоль из Т'лан Имассов Крона. Мы спешим на Собрание. И, кажется, на войну. Я думаю, вы, смертные, имеете в нас нужду.

Надежный Щит поглядел на выживших. Среди них была рекрут, но не двое ее телохранителей. Двадцать. Солдаты и их лошади. Двадцать… ушли. Он медленно обозрел лица стоявших перед ним. — Да, Пран Чоль, у нас нужда.

Лицо рекрута было белее отбеленного пергамента. Она сидела на земле и глядела в пустоту; одежду покрывали брызги крови солдат, отдавших за нее жизни.

Итковиан молча встал рядом с ней. Жестокость схватки вполне могла сломать капанскую новообращенную, подумал он. Воинская служба предполагает отточенное и яростное убийство. Надежный Щит недооценил врага — и жизнь молодой женщины обратилась в пепел. Эти две внезапные смерти будут преследовать ее весь остаток дней. А Итковиан не мог сказать и сделать ничего, что могло бы облегчить боль.

— Надежный Щит.

Он посмотрел на нее, удивленный, что она может говорить, поражаясь твердости ее тона. — Рекрут?

Она смотрела по сторонам, сузив глаза, изучая неподвижно стоявшие шеренги, легионы неупокоенных воинов. Со всех сторон. — Их тысячи.

Призрачные фигуры, восставшие над травами прерии, ряд за рядом. Словно сама земля выбросила их из плоти своей. — Да. Думается, более десяти тысяч. Т'лан Имассы. До нас доходили рассказы о бессмертных воителях… — в эти сказки я плохо верил — но это наша первая встреча, и очень вовремя.

— Мы возвращаемся в Капустан?

Итковиан покачал головой. — Не все. И не сразу. На равнине есть еще К'чайн Че'малле. Пран Чоль — вон тот невооруженный, нечто вроде жреца или шамана — предложил совместную прогулку, и я согласился. Я поведу восьмерых на запад.

— Приманка.