Читаем Память льда (ЛП) полностью

Он открыл глаза. Вокруг был рассеянный солнечный свет. По вискам текли струйки холодной воды. Потемнело — над ним склонилась знакомое круглое лицо. Глазки впились в него.

— Колотун, — простонал Паран.

— Мы гадали, вернетесь ли вы, капитан. — Он подал тряпку. — У вас был жар, сэр, но думаю, все прошло…

— Где…

— Устье реки Эрин. Ортналский залив. Сейчас полдень — Быстрый Бен ходил искать вас, капитан — рискуя быть замеченным, было утро — и мы просто привязали вас к спине кворла и перевезли.

— Быстрый Бен, — промычал Паран. — Зови его. Быстро.

— Очень легко, сэр. — Колотун поднялся. Махнул рукой.

Появился маг. — Капитан. Мы видели с рассвет уже четырех кондоров — если они охотятся за нами…

Паран покачал головой. — Не за нами. За Отродьем Луны.

— Вы можете быть правы — но это значит, что они его еще не нашли. Очень странно. Как можно скрыть летающую гору? Скорее…

— Аномандер Рейк.

— Что?

Паран закрыл глаза. — Я искал его — через Колоду Драконов, через Рыцаря Тьмы. колдун, я думаю, мы его потеряли. И Отродье Луны. Мы потеряли Тисте Анди, Быстрый. Аномандера Рейка больше нет.

* * *

— Устрашающий город! Угрозы уныло ужасных улиц! Крюпп сожалеет по поводу сказанного осмотра сказанного города…

— Как он уже не раз сказал, — буркнул Вискиджек.

— Повсюду зло, все вещи здесь зловещи. Причиною упадка сил послужат эти призрачные улицы и птицы, о, на ужасных крыльях смелые стервятники, свободно столь парящие над Крюпп бедной головой! Когда ж, когда же их сокроет тьма? Когда ж тьма милосердная сойдет, повторно молвит Крюпп, и благотворной слепотою заботливо нас обернет, внушая пожелание все факелы зажечь и тем раскрыть обман обманов, и ловкость ловких рук, иллюзию, лишенную иллюзий, дабы…

— Два дня, — простонала едущая рядом с Вискиджеком Хетан. — Я отняла у него голос… на два дня. Думала, хватит надолго, ведь у него чуть клятое сердце не остановилось.

— Заткни его снова, — сказал Кафал.

— Сегодня ночью. При удаче но не сможет слова вымолвить до самого Маурика.

— Милая подруга, ты не поняла нехарактерное молчание Крюппа. Он молит! Нет, он просто просит, чтобы ты более не уделяла ему свои поистине драгоценные удары и этой ночью, и следующей! Он слишком нежен духом, слишком изранен, поцарапан и выбит из колеи. Крюпп никогда не испытывал ничего ужаснее сказанных заушений, и ни за что не пожелает он повторения такого испытания. Но не в этом объяснение необычайной краткости, сего двухдневного траурного, нет, гораздо более мрачного, чем траурное, молчания, столь несвойственного для почтенного Крюппа. Объяснение! Крюпп, дорогие друзья, думал.

Да, он думал! Так, как никогда раньше не думал. Если раньше он думал, то не так. Думы. Просиявшие славой, столь яркие, что способны ослепить смертных, столь темные, что способны прогнать все темные страхи, оставив лишь чистую отвагу, на коей можно, словно на плоту, заплыть в устье рая!

Хетан фыркнула. — Это были не заушения. Это просто шлепки. Ну да ладно, сегодня ночью я угощу тебя и заушениями, чудо в тапочках!

— Крюпп молит так, как никогда не молил: да не опустится тьма! Стой, милосердная тьма! Да не озарят тебя ужасающие сполохи молниеподобных ударов! Идем вперед, о бравый Вискиджек! И вперед! Без остановки, без привала, без задержки! Сотрем наши ноги до колен, умоляет Крюпп! Ночь за ночью! О ночь! Она манит роковыми соблазнами слабые души — мул уже ощутил это, о, поглядите на бедное животное — оно утомлено тем, что могло лишь видеть, но не остановить! Оно почти умирает от несказанного сочувствия!

О, не слушайте, как Крюпп откроет свое тайное желание — быть уничтоженным руками прелестной женщины! Не слушайте! Не слушайте, пока сам собой не развеется смысл его слов…

* * *

Хватка взирала на черные воды Залива. По течению плыли ледяные глыбы, с грохотом сталкивались, пробивая себе путь к морю. На востоке гавань Коралла была белой, словно зимнее поле. Перелет от реки Эрин занял полночи. Отсюда Сжигатели мостов пойдут пешим шагом, скрываясь под пологом темного горного леса.

Он поглядела на возвышенность, на которой собрались капитан Паран, Быстрый Бен, Штырь, Голень, Пальцыног и Синий Жемчуг. Собрание магов всегда ее нервировало, особенно когда на нем присутствовал Штырь. Под этой власяницей и кожей обитала душа сапера, наполовину безумная — как у всех саперов. Магия Штыря была совершенно непредсказуема. Не раз она видела, как тот одной рукой открывает садок, а другой бросает морантские припасы.

Другие три колдуна — Сжигателя не так страшны. Синий Жемчуг — крошечный напан, бреюший голову и намекающий на обширные знания тайн Пути Рюза.