Читаем Память льда (ЛП) полностью

Через долгое мгновение Рейк рассмеялся: — Дорогой Каладан, если под ложью ты имеешь в виду скрытую руку Императрицы — отравленные кинжалы у спин Даджека и Вискиджека — ну, кажется, некие действия необходимы — хотя, лично я полагаю, не прямо сейчас. Наша позиция должна быть позицией невмешательства и поддержки Даджека и Вискиджека. Конечно, если ты не… — его глаза спокойно смотрели на Бруда, — усомнился в их способностях командиров. — Он медленно стащил перчатки. — Однако доклад Карги о сегодняшнем столкновении можно встретить лишь завистливым одобрением. Малазане профессионалы, упрямые и безжалостные. Точно так мы о них и думали.

— Вопрос не в их воеводческих способностях, — проскрипел Каллор. — Это должна была быть война освободительная…

— Не играй дурака, — пробормотал Рейк. — Есть здесь вино или эль? Кто выпьет со мной?

Бруд бросил: — Да, налей мне одну. Но знайте, что хотя Каллор в прошлом болтал много глупостей, сейчас это не так. Освобождение. Паннион Домин…

— Просто еще одна империя, — неспешно сказал Лорд Отродья Луны. — И в таком качестве ее сила представляет собой угрозу. Которую мы намеревались устранить. Освобождение народов может последовать, но это явно не наша цель. Освободи гадюку, и она тебя ужалит, дай только шанс.

— Так мы должны сокрушить Провидца, только чтобы увидеть на его месте Верховного Кулака Малазанской Империи?

Рейк протянул полководцу кубок. Глаза Тисте Анди были полузакрытыми и словно сонными. — Домин — империя, сеющая страх и тиранию на собственный народ, — сказал Рейк. — Никто из нас не может этого отрицать. Поэтому причины выступить против нее есть, даже исходя из чистой морали.

— Я расслышал уже в первый раз, Каллор. Твоя склонность к повторению утомительна. Я высказал лишь одно… оправдание. Одну причину. Но кажется, что вы позволили этой причине заслонить все иные, тогда как в моем разуме они самая незначительная. — Он пригубил вино и продолжил: — Однако давайте остановимся на этом. Ужас и тирания, лицо Паннион Домина. Теперь представьте, что эти города и территории Генабакиса попали под власть Малазанской Империи. Ужас? Не больший, чем смертные могут встретить в обычной своей жизни. Тирания? Каждое правительство устанавливает законы, и, насколько я знаю, законы малазан почти что самые необременительные среди известных мне империй.

Итак. Провидец устранен, его место занял Верховный Кулак, управляющий в малазанском стиле. Мир, возрождение, закон, порядок. — Он оглядел присутствующих и медленно поднял бровь: — Пятнадцать лет назад Генабакис имел на северо-западе массу гниющих нарывов, и самым худшим был Натилог. А теперь, под властью малазан? Он соперник самому Даруджистану. Если вы в самом деле желаете блага обычным жителям Домина, почему же вы не приветствуете Императрицу?

Ведь Даджека и Вискиджека заставили разыгрывать хитроумную шараду, чтобы заполучить нас в союзники. Они солдаты, если вы не забыли. Солдатам отдают приказы. Если приказы им не нравятся, тем хуже для них. Если приказано изобразить фальшивое отлучение — без разрешения сообщать рядовым о секрете, тем самым устраняя шанс его раскрытия — они стиснут зубы и выполнят все, что приказано.

Истина проста, по крайней мере для меня. Бруд, ты и я действительно сражались с малазанами как освободители. Не прося ни денег, ни земель. Наши мотивы нам самим неясны — какими же их должна видеть Императрица? Необъяснимыми. Мы кажемся приверженцами высоких идеалов, почти что мечтающими о самопожертвовании. Мы ее враги, и, думаю, она сама не знает, почему.

— Не пой мне про Бездну, — фыркнул Каллор. — В ее империи не будет места для нас — ни для одного из нас.

— Это тебя удивляет? — спросил Рейк. — Нас нельзя контролировать. Голая правда в том, что мы деремся за личную свободу. Никаких границ для Отродья Луны. Никакого всеобщего мира, который сделает ненужными полководцев, генералов и наемников. Мы боремся против наведения порядка и таящегося за ним железного кулака, потому что мы не готовы подчиняться этому кулаку.

— И даже думать об этом не стану, — проворчал Бруд.

— Вот именно. Так зачем злиться на Императрицу, увидевшую шанс осуществить СВОИ желания?

Корлат смотрела на своего повелителя, вновь пораженная и выбитая из равновесия. В нем кровь Драконидов. Он мыслит не так, как мы. Это кровь — или нечто иное? Она не знала ответа и не вполне понимала вождя, за которым шла. Ее затоила внезапная волна гордости. Он Сын Тьмы. Господин, достойный преданности вассалов — может быть, одни такой во всем мире. Для меня. Для Тисте Анди.

Каладан Бруд тяжело вздохнул. — Налей еще, черт тебя дери.