Читаем Память льда полностью

«Полагаешь? Вообще-то, у него уже была такая возможность, причем неоднократно. Да и причины имелись. Но Рейк почему-то не сделал этого. Думаю, ты не настолько проницательна, как хочешь казаться. Владыка Семени Луны непредсказуем, и это больше всего страшит тебя».

«Советую прислушаться к моим словам».

«Обойдусь без твоих советов, Ночная Стужа. Я сделаю все, чтобы оборвать твои нити. По-твоему, все смертные слабые. А раз так, то нами можно помыкать, да?»

«Борьба, которая сейчас разворачивается, намного обширнее и опаснее, чем ты думаешь».

«Пока я слышу только слова. Мне нужны доказательства».

«Я не стану их приводить, Ганос Паран, из милосердия, дабы сохранить твой рассудок».

«Ишь какая великодушная сучка!»

Его слова задели неведомую собеседницу, и он это сразу почувствовал.

«Ты утверждаешь, что мы помыкаем смертными через страдания и боль. На это я отвечу тебе лишь одно: видимость обманчива».

«Дeржите нас в неведении и называете это милосердием?»

«Резко сказано, Ганос Паран, но по сути верно».

«Управитель Колоды не может оставаться в неведении. Если мне суждено взвалить эту ношу на свои плечи, я должен знать все. А уж о своем рассудке я как-нибудь позабочусь сам».

«Всему свое время».

Паран криво усмехнулся.

«Не ухмыляйся, смертный. Ну да, всему свое время. Будь любезен, не торопи нас. Наша борьба сродни военной кампании: постоянные сражения, бои местного значения. Но поле битвы — не что иное, как само существование. Оно простирается повсюду. А потому для нас важны любые победы, даже самые скромные».

«Ты постоянно говоришь: „мы“, „для нас“. А кто вы такие?»

«Уцелевшие древние боги и… другие, кто не настолько отчетливо понимает свою роль в этой войне, а иногда и не подозревает о ней».

«Я даже знаю имя одного из древних богов. К’рул. Это он возродил Рваную Снасть. Я угадал?»

«Да. Это мой брат».

«Твой брат, но не тот, кто выковал Драгнипур».

«Нет, не он. Сейчас Драконус не может действовать напрямую, ибо является пленником меча, который сам же и сотворил. Сраженный этим мечом рукой Аномандера Рейка».

Паран почуял в ее словах тонкий подвох.

«Ты сказала, Драконус действует исподволь?»

«Да, Ганос Паран. Он действует, когда появляется возможность, а подобное всегда случается неожиданно. Например, появление души, не прикованной к Драгнипуру. Несколько вскользь брошенных слов, которым ты не придал должного значения. А затем — твой прорыв на магический Путь Тьмы. Этого оказалось достаточно…»

«Погоди».

Паран стал лихорадочно припоминать… Да, будучи в недрах Драгнипура, он действительно брел рядом с плененными душами, волочившими невообразимый груз. С одним из таких узников он и впрямь перебросился несколькими фразами. Кто бы мог подумать, что это — Драконус? Однако содержание беседы начисто выветрилось из памяти капитана… Цепи привели его внутрь Пути Тьмы. Портал располагался под днищем гигантской повозки. Стало быть, плененные души были скованны Тьмой и она держала их крепко.

«Ты хочешь, чтобы я снова отправился внутрь Драгнипура?»

«Да, Джен’исанд Рул. Представляю, как ты разозлишься, но мой брат Драконус управлял тобою, Ганос Паран. Тебе больно слышать об этом? Или ты считаешь, что я тебя обманываю? Подобно всем узникам Драгнипура, мой брат обречен на вечное заточение. Однако он не смирился с судьбой и решил выбраться из плена. Правда, Драконус не предполагал, что ему понадобится столько времени. Пойми, смертный: мой брат изменился. От его легендарной жестокости почти ничего не осталось. Пребывание в плену сделало его мудрым. Скажу тебе больше: мы нуждаемся в его помощи».

«И ты хочешь, чтобы я вызволил Драконуса из меча?»

«Да».

«Он вернется сюда, дабы отомстить Аномандеру Рейку и вернуть себе оружие. Знаешь, Ночная Стужа, я, пожалуй, предпочту иметь дело с Рейком, нежели с Драконусом».

«Поединка, которого ты опасаешься, не будет».

«Это почему же?»

«Для освобождения моего брата Драгнипур должен быть уничтожен».

Парану показалось, что ему между ребрами вонзили стальной клинок.

«Но ведь с освобождением Драконуса наружу вырвутся и все остальные пленники Драгнипура. Все! Нет, Ночная Стужа, на такое я не пойду».

«Меня тоже ужасает несметное число злобных душ, собранных внутри Драгнипура. Если и существует какой-то способ сдержать их, то его знает только…»

«Ясно. Это ведомо лишь Драконусу».

«Да… Подумай над тем, что услышал от меня. Не торопись. Время у нас еще есть».

«Рад слышать».

«Мы не так жестоки, как тебе казалось».

«Неужели желание мести не терзает твою душу?»

«Я жажду отомстить, смертный, но только не жалким пешкам, предавшим меня. Я заранее знала, что стану жертвой измены. Это древнее проклятие. И изрекший его — единственный, кого я по-настоящему желаю наказать по заслугам».

«Удивительно, что сей предатель до сих пор жив».

«Он жив, ибо в этом заключалось адресованное ему мое собственное проклятие».

«Ну и ну. Похоже, вы друг друга стоите».

Ночная Стужа ответила не сразу.

«Возможно, так и есть, Ганос Паран».

«Что ты сделала с Рваной Снастью?»

«Ничего. Ее внимание поглощено другими заботами».