Читаем Палач спешить не любит полностью

А когда девушка-секретарь пригласила их в кабинет Агаева, то Алтунин, знающий толк в одежде, по достоинству оценил и костюм от Армани, облегавший складную фигуру хозяина. Это был высокий и стройный молодой человек лет тридцати пяти с благородными чертами лица и умными внимательными глазами.

Президент «Алтуннефти» подумал: «Выглядит, как настоящая кинозвезда. К тому же молод. Неслучайно, что в него влюблена знаменитая певица Принцесса, одна из самых красивых женщин мира».

Когда они поздоровались, Алтунин сел в офисное кресло и сразу же стал объяснять цель визита.

2

Щедро облитый водой двор багдадской гостиницы «Султан Палас», расположенной на площади Аль-Тагарият, источал утреннюю свежесть. Целая система сложных ирригационных сооружений, обеспечивающая живительной влагой территорию отеля, работала как часы. По длинным узким каналам струились прохладные потоки, в небольших искусственных заводях, декорированных затейливыми ограждениями и густой завесой листвы, плавали маленькие лодки, стилизованные под старинные суда из папируса, в которых росли цветы удивительной красоты.

«Здесь, на Востоке, всегда умели ценить прекрасное и создавать нетленные произведения искусства по мере своих сил и возможностей. Даже сейчас, в обескровленной и обожженной войной стране, люди стараются сохранить то, что возможно».

Дмитрий Эминович Агаев думал об этом, стоя у окна отеля. Он по отцу происходил родом из Азербайджана, поэтому считал себя человеком, не чуждым восточной культуре. И хоть являлся гражданином России и все последние годы прожил в Москве, никогда не забывал о своих корнях. Да и мусульманский мир в целом был знаком ему не понаслышке. В свое время Агаеву пришлось работать нелегалом в одной из стран Передней Азии, поэтому обычаи этих народов он знал превосходно. А сносно говорить по-арабски научился, когда выполнял задание в Бахрейне. При его редкой способности к языкам это оказалось несложно…

Дмитрий с удовольствием поспал бы еще, но ровно в половине восьмого, словно будильник, жильцов гостиницы разбудил далекий рокот военных вертолетов и разрывы бомб. Пришлось подняться раньше времени и неторопливо начать обычный утренний моцион, который заключался в небольшой силовой разминке и контрастном душе.

Вообще с точки зрения безопасности отели в центре Багдада не внушали особого доверия. Из-за террористической угрозы в марте закрыли две гостиницы – «Палестину» и «Шератон». Атаки на них начались уже в середине 2003 года, а в октябре произошел мощный взрыв недалеко от отеля «Багдад», где располагалась штаб-квартира Центрального Разведывательного Управления США. Конечно, можно было остановиться и в отеле «Кандил» на площади Аль-Мусхаб. Но и «Султан-Палас» казался относительно безопасным.

Агаев оделся и спустился вниз, чтобы позавтракать в кафе отеля. А когда снова оказался в вестибюле, заметил через окно гостиницы стоявшего снаружи шофера представительства Махмуда, который накануне встретил его в аэропорту и привез сюда.

Там они и познакомились. Махмуд сразу понравился гостю из России. Это был типичный араб, смуглый и темноволосый. Водитель чуть ли не силой отнял у него чемодан и уложил в багажник служебного автомобиля «Алтуннефти». В ответ, к своему великому изумлению, шофер услышал благодарность на чистейшем арабском языке.

Сейчас, выйдя на улицу, Агаев сразу спросил Махмуда:

– Зачем же ты так рано прибыл?

– Мой дом находится на другом конце Багдада. Выехал в шесть часов, чтобы успеть вовремя. Мало ли что случится по дороге. До посольства не очень далеко, но это восточная часть города, район Аль-Мансур.

– Ты завтракал?

– Нет, хозяин, я боялся опоздать, – ответил Махмуд.

Дмитрий взглянул на водителя. Уже эти слова многое говорили о его характере. Когда же он должен был встать с постели, если выехал из дома в такую рань? Да еще сэкономил время на завтраке…

«Мало ли что случится», – повторил Агаев про себя сказанное шофером. Еще в Москве он основательно ознакомился с текущей ситуацией в Ираке. Но лучше всего местные реалии чувствовались в этих словах обычного водителя.

.

* * *

Первый секретарь посольства Антон Шмелев выглядел чрезвычайно хмурым и усталым. Агаев достал из кейса приказ о назначении его представителем «Алтуннефти» в Ираке.

– Обрадовать вас нечем, – произнес Шмелев, бегло взглянув на бумагу. – Не знаю, чем смогу вам помочь. Новостей о Киселеве пока нет. Да и вам, как представителю фирмы, советую вывезти всех российских сотрудников на родину. Гарантий их безопасности никто предоставить сейчас не сможет.

– А вы думаете, что шансов на освобождение нет? – спросил Агаев.

Этот вопрос, который можно было смело назвать риторическим, он задал для того, чтобы подтвердить свою роль. У Шмелева не должно оставаться сомнений относительно полномочий посланника из России.