Читаем Падшие люди полностью

– Скорее сначала ты отсюда уйдешь, – рявкнул он, со всей силы рванув на себя дверь. Та ударилась о стену и отрикошетила ему в спину. Я попыталась скрыть усмешку, но Томас обернулся и увидел. Его это жутко разозлило. Он грохнул кулаком в дверь, так что в дереве образовалась трещина. Возможно, и в руке его тоже, но он лишь выругался и затопал прочь.

* * *

На той же неделе, в последний день сентября, я собралась выйти из дома. Только приблизилась к двери, как возле нее тут же, словно бдительная надзирательница, нарисовалась миссис Уиггс.

– Миссис Ланкастер, доктор Ланкастер просил, чтобы после падения вы все время оставались дома.

– Я иду на прием к врачу, – ответила я.

– Я пошлю за доктором, только скажите.

– Мне нужна консультация моего личного врача. Позвольте пройти.

Я открыла дверь, и миссис Уиггс отскочила в сторону. По прошлому опыту она знала, что я, если придется, запросто могу и оттолкнуть ее.

– А… э… ребенок? – спросила она, когда я занесла ногу через порог.

Я остановилась. Миссис Уиггс фактически призналась, что это она столкнула меня с лестницы, причем не с целью убить или причинить вред, а из страха, что в моем чреве зреет плод.

– Об этом уже можно не волноваться, – ответила я, не оборачиваясь, и шагнула на улицу.

– Не каждой женщине дано стать матерью, – заметила она. – Это требует огромного самопожертвования. Некоторые женщины на такое просто не способны.

И тогда я обернулась. Она улыбалась мне. Такого выражения на ее лице я еще не видела. К лошади и сове теперь добавилась кичливая кошка, которая кривила губы в торжествующей самодовольной ухмылке, словно она выиграла это конкретное сражение и уверена, что победа всегда будет оставаться за ней.

* * *

Элегантная экономка доктора Шивершева слишком быстро поднималась по лестнице, я едва за ней поспевала.

– Вам повезло, что он живет здесь. – Судя по голосу экономки, одышка ее совсем не мучила.

Мне приходилось чуть ли не бежать, чтобы не отставать от нее. Я пыхтела и отдувалась, а ведь она, должно быть, вдвое старше меня.

– А он здесь живет?

– Ему принадлежит все здание, остальные комнаты он сдает. Вообще-то, у него несколько домов, но живет он здесь, на верхнем этаже. Вы не поверите, но доктор – самый настоящий биржевой делец. Говорит, что надо инвестировать в фабричное производство. Вечно читает мне лекции о том, что англичане слишком много импортируют и не развивают собственную промышленность. Не слышали его напыщенных рассуждений о неэффективной системе технического образования, о том, что англичане почему-то одержимы инвестициями в зарубежных странах?

Я покачала головой, не в силах вставить ни слова.

– Значит, вам повезло, дорогая. Да, живет он скромно, он не из тех людей, кто сорит деньгами. Будь его воля, весь дом вместо мебели был бы заполнен только его инструментами да теми жуткостями, что он неустанно коллекционирует. Да вы и сами видели его кабинет. Теперь принято жить в одном месте, работать – в другом, но он не сторонник этих новых веяний. Считает, что грех впустую тратить на дорогу драгоценное время.

Экономка обернулась, очаровательно улыбнулась мне.

– Господи, совсем вас заболтала! Он сказал, что должен вас принять, и я внесла изменения в его расписание, чтобы выкроить время для вас. Но прошу вас учесть, миссис Ланкастер, времени у него не много.

Я кивнула, остро сознавая, что хватаю ртом воздух, словно бежала стометровку. А экономка ничуть не устала. Я заметила, как она, увидев испарину над моей верхней губой, изменилась в лице. Казалось, ей неловко в моем присутствии. Вероятно, что-то в моем облике ее настораживало. Утром я смотрелась в зеркало и обратила внимание, что у меня круги под глазами, кожа лица сухая и посеревшая, шишка на лбу все еще зеленая. Я обеспокоилась, что слишком много времени провожу в одиночестве и непроизвольно шевелю губами, ведя воображаемые споры, из которых всегда выхожу победителем, а рядом нет никого, кто указал бы мне на мои чудны́е привычки.

Экономка распахнула дверь, и я увидела за столом доктора Шивершева. Он крутился на месте, вертя головой, словно пытался прихлопнуть муху, но никак не мог ее поймать.

– Входите, садитесь, миссис Ланкастер.

Его экономка раздраженно покачала головой. Видно было, что она устала от постоянного тесного общения с доктором. Она затворила за собой дверь, а я приблизилась к столу.

– Секунду назад я держал в руке обе перчатки. А сейчас одна куда-то запропастилась. Бред какой-то, абсурд, – произнес доктор Шивершев с таким видом, будто ожидал, что его взгляд вот-вот наткнется на парящую в воздухе пропажу.

Заметив перчатку на полу, я подняла ее и отдала ему.

– О! Спасибо. Прошу вас, садитесь. Полагаю, Ирина вас предупредила…

– Что у вас мало времени. Да, я понимаю.