Читаем Падение Ворона полностью

Коряга улыбался во весь рот и согласно кивал. Хотя он сам не раз наблюдал как, не успев дослушать до конца искренние уверения в дружбе, новый «друг» получал пулю в затылок. Но на этот раз никто не собирался стрелять. Все уже хорошо выпили, утолили голод и сидели разморенные, благодушно оглядывая зеркально отблескивающую на солнце морскую гладь.

– Вы, русские, молодцы! – снова заговорил начальник полиции. – Удивительно! Я – местный, а на этом катере катаюсь впервые, благодаря русским друзьям. У меня, наверное, никогда не будет такого катера. Тут один эхолот небось больше тысячи баксов стоит…

– Жизнь вообще удивительная штука! – улыбнулся Ворон. – А катер, я уверен, у тебя будет ещё лучше!

На минуту наступила тишина. Ворон взял красный болгарский перец, срезал верхушку, вычистил семечки, налил внутрь коньяк и протянул Николе. Коряга повторил процедуру и через пару минут все четверо чокались импровизированными стаканами.

– Выпил – и сразу закусывай перцем, – учил Ворон.

Так и сделали. Полицейским новинка понравилась.

– А теперь раздеваемся, и – за борт! – Ворон показал пример и первым прыгнул в воду. Хотя до берега было далеко, вода доходила ему только до груди.

Вскоре все четверо стояли кружком в воде, вокруг спасательного круга, в который был вставлен эмалированный таз с вяленой рыбой. Вода была теплой, казалось, что они находятся посередине Черного моря и только каким-то чудом достают ногами до дна. И что на всей земле больше нет людей. Есть только ласковое бескрайнее море, тишина, да кружащиеся в высоте чайки, рассчитывающие на какую-нибудь поживу. Словом, было хорошо и спокойно. Четверо мужчин ели рыбца, пили пиво, даже пытались запеть песни, но не вышло: у них был разный репертуар.

Потом залезли в катер, сели на кожаные сиденья, сравнивали кто сильней загорел, смеялись, допивали оставшийся коньяк… Постепенно стали готовиться к возвращению: вытерлись, оделись… Ворон достал из кармана тугой конверт и протянул Николе.

– Что это? – вроде как удивился тот.

– Первый взнос на катер, – вроде, как совершенно естественно ответил Ворон.

– Серьезность намерений укрепляет дружбу, – кивнул полицейский и конверт исчез в его просторных штанах.

Такую же манипуляцию Ворон проделал с заместителем. Дружба была закреплена. Не навсегда, конечно, но на какой-то период времени.

Катер взял курс на берег. Разморенные отдыхом, выпивкой и солнцем, все молчали. Берег приближался.

– Есть одна просьба, – неожиданно сказал Ворон.

Полицейские насторожились.

– Скажи, друг, что за просьба, – поднял осоловевший взгляд начальник горотдела.

– Херсонские совсем оборзели. Они же откровенные бандиты! Позорят всех наших. Большие неприятности нам создают. Вот и эта драка…

– Да, да, – закивал головой Никола. – Мне докладывали, что они сами начали… Точно, Асен?

– Точно, – кивнул заместитель. – Натуральную провокацию учинили. На чужую территорию пришли. А ведь у них свой рынок в центре.

– Беспредельщики! – возмутился Никола. – Только что мы можем сделать?

– Да закройте этот центральный рынок к чертям собачьим, да и всё! Им придется убраться из города! Вам это только на руку!

– Думаешь, уберутся? – с сомнением спросил Никола. – А может, наоборот? Пойдут в ответную атаку?

– Уберутся! – убежденно повторил Ворон, хотя на самом деле не смог бы объяснить, на чем основано это убеждение. Скорей на желании, чтобы так и было.

– Что скажешь, Асен? – обратился начальник к своему заму.

Тот покрутил головой.

– Думаю, не так это просто, как кажется.

– Ну, какие-то скандалы у них на рынке постоянно, жалобы наверняка поступают…

Асен неопределенно пожал плечами. Видно было, что ему не хочется ввязываться в это дело. Но начальник настаивал.

– Короче, займись этим! Проведи там проверки и подготовь материалы – антисанитария, нарушение правил торговли, нарушение общественного порядка, явный криминал. Внеси одно представление, второе… Капля камень точит!

– Понял, попробую! – не очень уверенно кивнул тот.

Катер подошел к причалу. Рыбалка удалась, хотя рыбу и не поймали. Да и кому она нужна, эта рыба?!

* * *

Попрощавшись с гостями и вернув катер лично помощнику начальника порта, Ворон с Корягой направились к стоявшей у пирса бригадной «шестерке». Машины у них были «убитые»– лишь бы ездили. Но Ворон обещал – как только дела пойдут в гору, все обзаведутся «девятками» цвета «мокрый асфальт» с тонированными стеклами и высоко поднятым по нынешней моде багажником. А может, и иномарки удастся купить – на здешних авторынках их немало.

Возле «Лады» их терпеливо ждал Шуруп. Губа у него почти зажила, но зубы он еще не вставил – это дело долгое. Сегодня он был за водителя: осторожный Ворон пьяным за руль не садился и другим не позволял. Как только машина тронулась, разморенные выпивкой и солнцем рыболовы стали клевать носом.

– Слышь, Костян, мне обязательно быть на политчасе? – сонно спросил Коряга. – Я же уже это, как его… подкованный…

– Обязательно! – отрезал Ворон. – Надо сплачивать пацанов, учить их жизни. И мы должны подавать пример! А если мы ходить не будем, что получится?