Читаем Падение Серого полностью

Герцог осторожно принял могучую шпагу, которую мне теперь не носить, разве что быстро ненадолго брать для использования, потом менять дислокацию. Я поцеловал доверявший мне клинок, извинился, попрощался на всякий случай. Плащ Последнего Пути и так был у Герцога в сумке, просто там и остался.

Сонные Гаечка с Шайбочкой удивлённо слушали, что мне нужно. Радостно закивали. Рядом в шоке слушала задачу Геля. И послушала и весёлое предложение воспитанниц вернуть ей напрасную, как оказалось, порку. Кора побежала выдавать механикам кристаллы маны, сжимающихся червяков и вращающих пауков. Сулита удивлённо послушала задачу и кивнула, что приступит к тренировкам прямо сейчас.

Рика кивнула, посмотрела на карты канализации Карсона, сказала, что отправит агентов договариваться с обитателями канализации. Вернула мне карты.

Лоника сказала, что доставит хоть сто дыхальников. Все побежали выполнять кучу заданий.

Осталась только встревоженная Сефка, пробормотала горестно:

– Послушай! Ты Чистый Помыслами и Душой, и Десница Эры Зайца! Но миру, мирам, грозит страшная опасность! Страшнее, чем убитый Стальным Взводом Чёрный Дракон, император, Лемон и жертвоприношение вместе взятые! У Бесподобнейшей чёрная душа!

Я послушал ещё полминуты правильной, почти правильной, и далее неинформативной болтовни впервые перепуганной рагимки, размышляя и вставляя сигары в пустые гозыри на ленте портупеи. Закрыл прекрасный ротик пальцем, сказал:

– Я сам видел души Бесподобнейшей. У неё сияющая чистая светлая главная душа! Остальные тоже отличные! Только чёрный шарик посередине. Чёрное сердце чистой души! Верь ей! Она Чистая Помыслами и Чистая Душой! И это признали даже демоны огня. И из сильнейших. Нас рано хоронить!

Я погладил минут пять облегчённо рыдавшую на моей груди рагимку, усмехнулся над в очередной раз перепачканной соплями белой с вышивкой и кружевами рубашке под расстёгнутым на груди прекрасным колетом, да и ленте досталось и пара сигар раскисла, и выскочил на улицу.

Киса восторженно рассматривала у себя на поясе прекрасный мачете в шикарных ножнах. Рядом весело любовался красоткой Хромой, показал мне большой палец – да знаю я, ха! Киса бросила свой предыдущий неплохой кинжал на стол, обняла меня, бормоча:

– Ты невероятен! Я с тобой пойду даже на дно канализации! Я только пытаюсь понять, куда мы бежим, и не могу! Но бегу!

Мы выбежали за ворота. На западе, около таверны У Огра мелькнула фигурка девицы в светлом плаще. Мы повернули на восток. Побежали. Карты мне пока были не очень нужны, остались на вилле, я только одну затолкал в левый кармашек колета на груди. Топор радостно кричал мне, что он теперь единственное моё оружие и рад этому… Ну да, старый друг лучше новых двух!

Мы со смехом долго бежали по ночному далеко не пустынному, празднующему Игры городу. Сидели где-то в кафе, отдыхая, обнимались и целовались. Я нёс уставшую за безумный день и безумную ночь Кису на руках, а она трогательно прижималась ко мне и шептала о романтике, в которую не верила, но врала вдохновенно. Ехали на ночном омнибусе.

На нижнем уровне второго района Южного сектора, в трущобах, на нас напали какие-то гопники. Я убил троих восторженно вопившим топором. Киса в красивом платье красиво снесла две буйных головы, положив начало славному, наконец, пути Мачете Смерти. Смеялась, когда я говорил, что знаю и у кого Серп Смерти.

Купили бочонок вина на полсотни литров, с лямками. Нашли вход. Юркнули в канализацию. Пока верхнюю. Намочили духами платок красотки и мой кусок орочьего шёлка, обмотали носы и рты. Да уж, ну и вонь! Что же в нижней?! Осторожно топали по краям мрачного тоннеля, ярко освещая мрачное подземелье невиданным светом прекрасного восьмисвечника, который ещё и возмущался грязью и вонью, а я подтвердил предположение, что в нижней канализации восьмисвечник вообще восстанет, и обидится на купание в дерьме. Орали. Вышли три удивлённых сиреневых говногоблина, которых мы и звали. Поржали над нашими замотанными мордами. Сказали, что от нас воняет. Получили золотой. Повели нас. И бочонок с вином я им дал нести.

Дальше я долбил обухом топора по толстенной решётке редкого бокового ответвления в нижнюю канализацию и мы весело орали. И пили вино вместе с говногоблинами, начавшими веселиться от такого приключения с пижонами в канализации. Пришла ещё пара гоблинов.

Через четверть часа в тёмной глубине уходившего вбок и вниз тоннеля завозился грязный и мрачный огр в жутких очень грязных ремках и с утыканной гвоздями здоровенной дубиной. Я направил на него Кольцо Жлоба, не зря украшавшее мой правый указательный палец, пожелал наслать алчность, сказал Кисе показать камушки, весело заорал:

– Эй, огр! Посмотри какие прекрасные драгоценные камни! Они бесценны! Но ты нам понравился! Такой красавчик! Меняем всю кучу на два шипастых шарика! Я знаю, у тебя есть!