Читаем Pacпятый купидон полностью

Это заставило меня задуматься. Кто-то заплатил ей, чтобы затрахать их до смерти с помощью фаллоимитатора, сделанного из рога носорога?

- Почему он... зачем кому-то платить за что-то подобное?

- Это была его фантазия, - ответила она, пожав плечами. - У него был фетиш на фаллоимитаторы.

Для нее этого было достаточно. Это все, что ей нужно было знать, чтобы вырвать кишки парня через его "шоколадный глаз".

- Ты слышал о парне из Германии, который встретил мужчину в Интернете и позволил тому съесть себя заживо?

Я кивнул.

- А тот парень, который убил себя, позволив лошади трахнуть себя в задницу? Он снял все это. У меня есть копия. Это просто вынос мозга.

Я кивнул. Конечно же, у нее была копия. Тем не менее, я не мог себе представить, что было более больным на голову - быть изнасилованным в зад Клейдесдейлом[17] или позволить разорвать свои внутренности двадцати четырем дюймами слоновой кости.

- Ну, и куда мы теперь едем?

- Встретиться с другим клиентом.

- Как ты находишь их? В смысле, как они находят тебя?

Она протянула мне свой мобильный. Там были фотографии мужчин и женщин от двадцати до девяноста в комплекте с номерами телефонов, электронной почтой и физическими адресами. Над всем этим красовался заголовок: "Трахни меня до смерти".

- Это новое приложение.

- Как оно называется?

- Eros Morte.

- Сексуальная смерть?

Она посмотрела на меня через плечо и улыбнулась.

- И что делает это приложение? Оно находит людей, которые хотят, чтобы их затрахали до смерти?

Она кивнула. Все это звучало совершенно безумно. У меня было много вопросов, много страхов. Я хотел спрыгнуть с мотоцикла и бежать к своей прежней жизни, как это было в том коридоре, слушая, как большой парень хрюкает и стонет, а Катрина катается на нем. Но мне было любопытно. Это было намного больше, чем те ужасы, которые я воображал о наркотиках или интернет-порно. Это было "выше радуги".

- Почему кто-то хочет так умереть? - спросил я.

Мой голос был похож на отчаянный писк, словно робкий голос ребенка, над которым издеваются.

На этот раз она не обернулась. Катрина прокричала ответ навстречу ветру, сливающемуся со свирепым ревом "xарлеевского" двойного движка 1340 кубиков, и он взорвался мне в лицо, как пылающий пепел и угли от лесного пожара, но вместо того, чтобы сжечь мои глаза, ее слова сожгли мои последние здравые представления о нравственности и человечности, за которые я цеплялся.

- Большинство людей живут ничем не примечательными жизнями. И в конце концов, им нужна поразительная смерть. Если никто ничего не вспомнит о них, все они будут помнить, что я сделала с ними.

Это имело смысл и некоторое отношение ко мне, и это было самым ужасным из всего этого.

- И этот следующий клиент... что он хочет, чтобы ты с ним сделала?

- С ней. Это она. Увидишь. Ведь ты же не хочешь, чтобы я испортила сюрприз?

Даже не видя ее лица, я слышал улыбку в ее голосе.

Мы выехали за пределы многоквартирного дома с видом на Маркет-стрит. Маркет-стрит была многолюдна, как всегда. Ухоженные, атлетически сложенные мужчины в обтягивающих синих джинсах и простых белых футболках мелькали среди бизнесменов в рубашках и галстуках, мужчин средних лет в ярких рубашках "поло", хипстерах, хип-хопперах и людях в кожанках. Точно так же одетые женщины сменяли мужчин, отличаясь лишь несколькими крупными женщинами в сапогах, комбинезонах и пр. Я всегда избегал этой части города с ее барами, ночными клубами и людьми в кожаных штанах. Теперь я был в восторге от этого. Я знал, что Катрина собиралась показать мне другую сторону Кастро, которую я никогда бы не смог обнаружить сам по себе, может быть ту сторону, которую я бы никогда не хотел обнаружить.

Зная, что следующим "клиентом" Катрины была женщина, я принялся бродить по темным дорожкам своего разума, воображая ужасные распутства, о которых я никогда бы не позволил себе думать, если бы не видел то, что я видел в "Хэллоуине". Она собиралась использовать свой фаллоимитатор из слоновой кости на женщине? Я был удивлен, что эта мысль возбуждала меня так же сильно, как и ужасала, но я представлял себе женщину модельной внешности, а не стареющую массу шрамов пластической хирургии, которые приветствовали нас на верхнем этаже жилого дома.

Несмотря на, должно быть, десяток различных пластических операций, ее лицо четко обозначало ее возраст как где-то около шестидесяти, но тело ее сохранилось просто замечательно. У нее были огромные поддельные груди и задница, которая, очевидно, подверглись "бразильскому лифтингу"[18]. Это было бы прекрасно, будь они сами по себе, но связанные с перетянутыми, сморщенными, изможденными бедрами, они выглядели как сумки силикона, а не как ее огромные молочные железы.