Читаем Паб (сборник пьес) полностью

Мужчина. Да, да, да, конечно! Ты полноценная, тебе нравится мой запах... да-да-да. Только я-то в них не потел, понятно! Я их совсем недавно надел, они пахнут ополаскивателем с экстрактом розы!

Женщина. Ха! А ты думаешь, мои плавки пахнут мною?! Они пахнут синтетикой от колготок и таким же ополаскивателем, который, кстати, со специальной формулой, и при взаимодействии с потом он расщепляет его и усиливает аромат химических добавок!

Мужчина. То есть что же это – мы уже собой и не пахнем?

Женщина(вырывает у мужчины свои трусики, кидает в него его трусами). Не пахнем!

Мужчина. Значит, ты выбрала меня по запаху своего любимого ополаскивателя? Бедняжка...

Женщина. Ничего, я не ошиблась...

Мужчина. И я!

Женщина. Вот и отлично! Только не обольщайся!.. Ты все равно такое же животное, как и я!.. Как и все... просто мы придумываем свои правила, свои запахи, пот заменяем расщепителем пота – но ничего не меняется – привычки, традиции, работа, семья – всё это есть и в муравейнике, и в нашем стаде! Система остается одна и та же... И если наши ополаскиватели соотносятся, значит и потомство будет нормальное...


Входит сын.


Сын: Мама, папа... я по поводу моего предстоящего дня рождения...

Женщина, Мужчина. Не сейчас!!!


Сын разворачивается, уходит.


Мужчина. Я теперь всё отлично понимаю!

Женщина. Что ты понимаешь?

Мужчина. Почему я не могу жить с тобой!

Женщина. А что ты делаешь? Ты живёшь со мной! У тебя есть сын, чем ты недоволен, у нас всё есть! Почему тебе всегда чего-то не хватает, что у тебя – критический возраст, опять надо всё менять, всех бросать, ты ведь уже это проходил, не так ли?

Мужчина. Ты, правда, ты как из стада, и вся твоя жизнь, все твои проблемы – это из какого-то другого мира, не моего, я так не хочу!

Женщина. Что ты знаешь о моих проблемах, что ты говоришь?! Ты хоть раз интересовался, чем я живу?!

Мужчина. Да... так... хорошо (Протягивает жене чипсы, она загребает горсть, ест.)... Хорошо... какие у тебя проблемы, чем ты живёшь?!

Женщина. Я ужасно боюсь... (Начинает плакать.)

Мужчина. Чего ты боишься?

Женщина. Что однажды так лягу спать и не проснусь, и всё закончится...

Мужчина. Ты этого боишься?

Женщина. Да... И даже ты не поможешь...

Мужчина. Глупая... это разве страшно... что ты потеряешь... бессмысленную череду просыпаний, обедов и пролистываний журналов... разве это страшно, может, там интересней?

Женщина. Как...

Мужчина. Ну может, там совсем другие журналы, гораздо интересней... и вообще...

Женщина. Ты с ума сошёл, там, скорее всего, ничего нет...

Мужчина(шепчет). Ну, да... рассказывай...

Женщина(тоже шепчет). А что – есть?

Мужчина. Конечно...

Женщина. Что?

Мужчина. Возможность... всё начать сначала...

Женщина. Всего лишь?


Засылает в рот очередную порцию чипсов.


Мужчина. Ты знаешь, как египтяне хоронили своих мертвецов?

Женщина. Не-е-е...

Мужчина. А надо бы знать. Это очень интересно. Они закутывали им головы в такие ткани, которые пропитывались особым секретным составом. И тогда можно было их хоронить хоть на тысячу лет, и все равно головы у них не сгнивали. Никто не умел это делать, кроме египтян. Современная наука и то не знает, как это делается.

Женщина. А зачем мёртвому голова?

Мужчина. Думать. (В полный голос.) Это может показаться тебе смешным, сегодня... (смеется) сегодня мне предложили... взять с собой всех, кого я захочу, спасти всех... спастись... я даже не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты совсем меня за психа не посчитала....

Женщина(давится, выплёвывает изо рта какой-то нераскусанный предмет). Что это?!


Достает изо рта завёрнутую в пластик фишку, передает мужу.


Женщина. Что они подложили, мы можем подать в суд, я читала, так один мужчина огромные деньги отсудил, ему в джеме кольцо с бриллиантами попалось, на пальце...

Мужчина. Яхта... тут написано: я выиграл яхту...

Действие третье

Офис. Большой аквариум с удавом. Стол. За столом сидит чиновник. Перед ним пожилой мужчина. Чиновник читает бумагу, отвлекается, внимательно смотрит на мужчину.


Чиновник. Я не понимаю...

Пожилой мужчина. Что вы не понимаете?

Чиновник. Суть вашей просьбы... не понимаю...

Пожилой мужчина. Ну как же... там всё написано...

Чиновник. Да... но... совсем не понимаю... невнятно написано!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Инсомния
Инсомния

Оказывается, если перебрать вечером в баре, то можно проснуться в другом мире в окружении кучи истлевших трупов. Так случилось и со мной, правда складывается ощущение, что бар тут вовсе ни при чем.А вот местный мир мне нравится, тут есть эльфы, считающие себя людьми. Есть магия, завязанная на сновидениях, а местных магов называют ловцами. Да, в этом мире сны, это не просто сны.Жаль только, что местный император хочет разобрать меня на органы, и это меньшая из проблем.Зато у меня появился волшебный питомец, похожий на ската. А еще тут киты по воздуху плавают. Три луны в небе, а четвертая зеленая.Мне посоветовали переждать в местной академии снов и заодно тоже стать ловцом. Одна неувязочка. Чтобы стать ловцом сновидений, надо их видеть, а у меня инсомния и я уже давно не видел никаких снов.

Вова Бо , Алия Раисовна Зайнулина

Драматургия / Драма / Приключения / Сентиментальная проза / Современная проза
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Анархия
Анархия

Петр Кропоткин – крупный русский ученый, революционер, один из главных теоретиков анархизма, который представлялся ему философией человеческого общества. Метод познания анархизма был основан на едином для всех законе солидарности, взаимной помощи и поддержки. Именно эти качества ученый считал мощными двигателями прогресса. Он был твердо убежден, что благородных целей можно добиться только благородными средствами. В своих идеологических размышлениях Кропоткин касался таких вечных понятий, как свобода и власть, государство и массы, политические права и обязанности.На все актуальные вопросы, занимающие умы нынешних философов, Кропоткин дал ответы, благодаря которым современный читатель сможет оценить значимость историософских построений автора.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Тейт Джеймс , Петр Алексеевич Кропоткин , Меган ДеВос , Дон Нигро , Пётр Алексеевич Кропоткин

Публицистика / Драматургия / История / Фантастика / Зарубежная драматургия / Учебная и научная литература
Как много знают женщины. Повести, рассказы, сказки, пьесы
Как много знают женщины. Повести, рассказы, сказки, пьесы

Людмила Петрушевская (р. 1938) – прозаик, поэт, драматург, эссеист, автор сказок. Ее печатали миллионными тиражами, переводили в разных странах, она награждена десятком премий, литературных, театральных и даже музыкальных (начиная с Государственной и «Триумфа» и заканчивая американской «World Fantasy Award», Всемирной премией фэнтези, кстати, единственной в России).Книга «Как много знают женщины» – особенная. Это первое – и юбилейное – Собрание сочинений писательницы в одном томе. Здесь и давние, ставшие уже классикой, вещи (ранние рассказы и роман «Время ночь»), и новая проза, пьесы и сказки. В книге читатель обнаружит и самые скандально известные тексты Петрушевской «Пуськи бятые» (которые изучают и в младших классах, и в университетах), а с ними соседствуют волшебные сказки и новеллы о любви. Бытовая драма перемежается здесь с леденящим душу хоррором, а мистика господствует над реальностью, проза иногда звучит как верлибр, и при этом читатель найдет по-настоящему смешные тексты. И это, конечно, не Полное собрание сочинений – но нельзя было выпустить однотомник в несколько тысяч страниц… В общем, читателя ждут неожиданности.Произведения Л. Петрушевской включены в список из 100 книг, рекомендованных для внешкольного чтения.В настоящем издании сохранена авторская пунктуация.

Людмила Стефановна Петрушевская

Драматургия / Проза / Проза прочее