Он приготовил пасту с каперсами, чили и свежими помидорами. Получилось невероятно вкусно, а после они занялись сексом на неубранной кровати. Ее поразило, как он был хорош в постели.

Утром, когда солнце встало над газовой башней над каналом, Кейт разглядывала его татуировки и слушала о каждой из них.

– А это что такое? – спросил он в ответ, рассмотрев на ее запястье тату в виде паука.

– Сделала в девяностые, – ответила она.

Через три месяца она узнала, что беременна, а через девять месяцев они поженились. С тех пор прошло пятнадцать месяцев, и теперь они жили в доме в Кентербери.

Как будто жизнь сама все за нее решила. Этот «медведь» подобрал ее и отвез далеко-далеко от дома.

Кейт

– Пойдем, – весело сказала Кейт Тому, жующему банан. – Сегодня мы отправляемся в путешествие. Повидаемся с Ханной!

Сэм оторвал взгляд от телефона:

– Но сегодня суббота.

– Я знаю.

– Суббота – мой день.

– Это я тоже знаю, – ответила Кейт. – Но я хочу увидеться с Ханной, а на неделе она работает. Я думала, ты будешь доволен. Можешь вернуться в постель.

– Вообще я собирался… – начал он, надвинув бейсболку на голову. – Я собирался пойти к маме, но если ты так хочешь… Где ты с ней встречаешься?

– В Хэмпстеде. В парке.

– В Лондоне? – удивился он и посмотрел на нее непонимающим взглядом. – Почему?

– Потому что я скучаю по Ханне. Скучаю по Лондону. Том так быстро растет, и Ханна хочет увидеть его.

– Неужели?

– Что тебя удивляет?

– Ну, учитывая обстоятельства, не могу поверить, что это правда.

– Что именно?

– Ну… если бы ты была Ханной, ты бы скучала по Тому?

Она опустила взгляд на руки, переводя дыхание.

– Она – его крестная. На ее месте я бы тоже скучала. Говорят, что для женщин, которые хотят забеременеть, быть рядом с детьми – это хорошо.

Том захихикал, и Кейт подняла на него взгляд. Ребенок им улыбался и хлопал в ладоши, он научился этому совсем недавно.

Кейт вытащила картонки из новых контейнеров. В этой посуде она планировала делать пюре, смешивая еду для Тома. Она взяла два яблока, рисовые лепешки, наполнила бутылочку Тома водой, положила пакет с подгузниками, слинг, сменную одежду, затем надела на Тома курточку, схватила бумажник и направилась к выходу. Сэм встал, чтобы открыть дверь, скептически глядя на нее.

– Что мне сказать маме? – спросил он, почесывая бороду.

– Скажи ей, что я должна повидаться с Ханной. Скажи, что мы увидимся на следующей неделе, во вторник. Тамсин все устроит. Не забудешь?

Сэм наклонился к сыну и чмокнул его в щеку.

– Ты уверена, что у тебя все будет в порядке?

– Все будет хорошо!

Кейт быстро прошла вниз по дороге, мимо поросшего кустарником участка травы с единственным деревом, мимо супермаркета, вниз по подземному переходу и дальше туда, где стояла разрушенная городская стена. Кейт решила, что если будет идти достаточно быстро, то сможет прийти раньше, чем успеет устать. Солнце ярко светило, но на улице было холодно, зима все-таки. Морозный воздух стал таким бодрящим, каким она не помнила его долгие годы. Море. Должно быть, это как-то связано с близостью к морю. На Кейт была только тонкая куртка. Она подумывала о том, чтобы вернуться, но возвратиться означало сдаться. Если она это сделает, то все ее намерения обратятся в прах. Она вытащит Тома из коляски и застрянет дома. А Том всячески демонстрировал свою радость – дрыгал ногами, глядя то налево, то направо, и издавал звуки при появлении собак и прохожих.

В поезде ребенок тоже оказался в своей стихии. Он топтался по ее коленям, нетерпеливо подпрыгивая, а за окном величественно проплывал эстуарий – плоские устьевые земли Англии. У Кейт звякнул телефон. Сообщение от Ханны: «У тебя все в порядке? А то я беспокоюсь». – «Да!»

Кейт добавила смайлик, чего почти никогда не делала прежде. Но сегодня из-за нехватки времени и яркости своего настроения это показалось ей уместным.

Ближе к Сити поезд замедлил ход, Том устал и раскапризничался. В закрытой коляске ему не хватало обзора, и он протестующе плакал, когда Кейт везла коляску по платформе. Она принялась рыться в сумке в поисках бутылочки с водой, но в большой и объемистой сумке со множеством карманов найти ее оказалось не так просто. Когда задача наконец была решена, она поднесла бутылку к губам Тома: «Давай! Вот так!»

Но она не угадала его желание, и Том лишь сильнее расплакался. Не захотел он и пирожка с рисом. Кейт подумала, что он хочет молока, и опустилась перед коляской на колено: «Ну, держись, пожалуйста. Скоро ты сможешь поспать нормально».

Она повезла коляску дальше, но Том все не унимался. Тогда Кейт остановилась и достала слинг. Она использовала его, когда он был еще совсем маленьким. В этом слинге Сэм нес Тома на груди и забавно пел ему песни. «Как там Сэм?» Ей вдруг так захотелось видеть его рядом, что она смирилась бы с любым количеством его придирок и замечаний. Но его с ней не было. Ни бога из машины, ни кавалерии. Она сама была теперь взрослой.