Курт повернулся и посмотрел прямо на нее. О чем, черт возьми, он думает?

— Мисс Лентиго, — начал он, — на самом деле, я хочу сказать, что не убивал вашу дочь.

Сердце Сьюзен остановилось, и она поняла, как сильно надеялась, что он во второй раз признается в убийстве ее дочери.

— Но в моем сердце нет ненависти к вам. Я думаю, что вы хороший человек, который прошел через невероятную боль. Я знаю, вы действительно верите в то, что я убил ее, и именно поэтому вы поступаете так, а не иначе. Так что все в порядке.

Сьюзен показалось, что она видит, как Курт пожимает плечами под ремнями, чтобы подчеркнуть, что это действительно нормально.

Затем Курт сказал:

— Я долго ненавидел вас, но теперь я люблю вас.

Он улыбнулся Сьюзен, но затем стал печальным.

— И я сожалею о вашей потере. Если вы когда-нибудь узнаете правду о том, что случилось с Эми, не вините себя в том, что случилось со мной. Вы действительно думали, что поступаете правильно. Я прощаю вас, и мы тоже увидимся на той стороне.

У Сьюзен перехватило дыхание. Она не могла дышать.

Глава сорок вторая. Суббота, 4 декабря, наши дни

Курт откинулся на спинку стула, все еще наблюдая за Сьюзен. Та же мягкая улыбка, которой он улыбался сестре, теперь опять заиграла на его лице.

— Что за чушь собачья, — сказал Дэнни. — У этого мудака не хватает порядочности признать свою вину даже перед смертью.

Сьюзен посмотрела на Дэнни. Он выглядел недовольным, но его лицо было красным от каких-то других переживаний, которые она никак не могла определить. Наверное, волнуется, подумала она.

Затем она услышала, как начальник тюрьмы Томей внизу, в камере для исполнения наказания, спрашивает:

— Вам нужен капюшон?

— Нет, спасибо, — ответил Курт.

— Да пребудет с вами Бог, — пожелал Томей и вышел из камеры.

Дэнни повернулся к Сьюзен:

— Бог, мать вашу, отправит его прямиком в ад.

В камере для казни Курт пристально посмотрел на свою сестру, губами послал ей поцелуй. Его руки были связаны, но Сьюзен заметила, как он помахал Лизе пальцами.

Затем Курт еще раз посмотрел на Сьюзен, и она снова почувствовала себя опустошенной.

Кто-то схватил ее за левую руку, она попыталась отдернуться, пока не поняла, что это Роберт.

Сьюзен не могла вынести всего этого. Как я должна себя чувствовать?

Она уставилась на Курта Янсена и попыталась представить, как этот человек делает больно Эми. Тогда, двадцать лет назад, Курт выглядел совсем по-другому. Он был толстогубым и угрюмым, по крайней мере на фотографиях его лицо распухло от алкоголя.

Она закрыла глаза и представила Курта, сидящего в своей машине в тот самый день.

Пятница, Эми выходит из школы в своем ожерелье.

Прощается с друзьями, оглядывается в поисках бабушкиной желтой машины с красной полосой. Курт сидит в своем старом «Форде» через дорогу…

Нет, поправила себя Сьюзен, на той же стороне улицы, достаточно близко, поэтому он видит ожерелье.

Он небрит, полупьян, руки в штанах…

О боже, как отвратительно. Он здесь уже двадцать минут, наблюдает за детьми. Он узнает Эми, он видел, как она играет в баскетбол в своем розовом платье. Может быть, он даже слышал, как я звала ее по имени, чтобы она шла домой. Внезапно, повинуясь инстинкту, без умысла, он останавливается перед ней. Он открывает рот и улыбается.

Желтые зубы.

— Привет, Эми, садись в машину. Меня прислала твоя мама.

Эми смущена, надувает губы.

— Но за мной заедет моя бабушка.

— Твоя бабушка занята. Я должен отвести тебя к ней домой. Пошли, у нее есть мороженое.

Он открывает дверь.

Эми садится…

Может быть, подумала Сьюзен. Возможно, именно это и произошло. Но мозги продолжали кипеть.

Эми выбегает из школы, прощается со своими друзьями и оглядывается по сторонам.

Дэнни сидит в своей «Хонде», пьет пиво и ждет. Он видит Эми и машет ей рукой. Она бежит к нему.

— Я думала, за мной заедет бабушка.

— Нет, сегодня я. Запрыгивай…