«Откуда происходят первоначальные принципы геометрии? Предписываются ли они логикой? (имеется в виду классическая логика — прим. автора)Лобачевский, создав неевклидовы геометрии, показал, что нет... Перед нами руины старых принципов физики, всеобщий разгром принципов... Правда, все указанные исключения из принципов относятся к величинам бесконечно малым... Период сомнения налицо. И ВИЛ отмечает, что Пуанкаре делает из этого периода сомнений идеалистические выводы: «... Не природа дает (или навязывает) нам понятия пространства и времени, а мы даем их природе»; «все, что не есть мысль, есть чистейшее ничто».

«Позитивистский тезис «материя исчезла» означает, что мысль осталась. В действительности материя, т.е. объективная реальность, существующая независимо от познающего субъекта, не может исчезнуть, «исчез тот предел, до которого мы знали материю до сих пор.» (ВИЛ, Псс, т. 18, стр. 275.)

Для кого этот предел действительно исчез — стали сомневаться в верности классических материалистических догм. Ульянов этот предел преодолеть не смог, поэтому он продолжал следовать в своих рассуждениях устаревшим представлениям о пространстве и времени.

На самом деле исследователям было в чем сомневаться. Согласно точки зрения общей теории относительности причинно связанные события располагаются на временеподобных линиях соответствующих неевклидову пространству. В части случаев эти линии замыкаются, в результате чего причины и следствия меняются местами, в микромире, на субатомном уровне понятия раньше и позже теряют свой смысл. Сингулярное состояние материи (т. е. сверхплотное) тоже вряд ли совместимо с банальным течение времени из прошлого в будущее. Бессмысленным при условии замкнутого течения времени оказывается и основной вопрос философии, точнее, его марксистская постановка. Что первично: материя или сознание? Ежели система отсчета связана с линией Демокрита, то первична материя, ежели с линией Платона, то первично сознание. А других линий в философии не существует, но не потому что их нет, а из-за того, что «воинствующий материалист» Ульянов-Ленин наложил на них вето, будучи приверженцем двузначной аристотелевой логики. Линия Демокрита у него, видите ли, не может пересекаться с линией Платона, ведь через точку зрения Демокрита можно провести только одну кроваво-красную, прямую линию партии рабского класса, параллельную идеалистически–бескровной линии Платона.

Уважаемый читатель, не создается ли у Вас впечатления, что критикуя воззрения позитивистов, товарищ ВИЛ, страдающий куриной слепотой классического карло–марксизма, не заметил в ванне дискуссий ребенка неклассических теоретических систем и выплеснул его вместе с водой?

Доказательства? Пожалуйста, сколько угодно, сколько хотите.

5 

«18 мая 1910 г. в пробной лекции, предшествующей зачислению Н. А. Васильева в приват–доценты Казанского университета, им было впервые доложено об исследованиях в направлении создания НЕаристотелевой, т. е. претендующей на статус НЕклассической логики. Результаты этих исследований, продолжавшихся в течение ряда лет, опубликованы в объемных статьях «Воображаемая (неаристотелева) логика» и «Логика и металогика» (Подробнее смотрите «Закономерности развития современной математики», Москва, «Наука» 1987 г., стр. 201—208) (А. Бажанов.)

«Васильевым были высказаны идеи, которые ныне расцениваются как предвосхищение крае–угольных положений интенсивно развивающихся, можно даже без преувеличения сказать новаторских разделов неклассической математической логики.

Приоритет Н. А. Васильева в выдвижении новых логических концепций признан в мировом масштабе… Действительно, Васильев заслуженно считается основоположником паранепротиворечивой логики благодаря отказу от принципа противоречия (что придает ей статус НЕаристотелевой логики в ее буквальном смысле.)

Идеи, связанные с обстоятельной критикой еще в 1910 году закона исключенного третьего, делают Н. А. Васильева тем, кто предвосхитил рождение еще одной логики, альтернативной классической, а именно — интуиционистской. Кроме того, он является и родоначальником логики дополнительной к классической — многозначной.» (А. Бажанов, стр. 201—202.)

Далее Бажанов В. А. пишет о том, что «принцип двузначности логических суждений довлел над умами математиков в течение нескольких тысячелетий. Априорно считалось, что каждое суждение может быть либо истинным, либо ложным, а по качеству — утвердительным или отрицательным. К классам утвердительных и отрицательных суждений Н. А. Васильев добавляет в своей воображаемой логике новый класс индифферентных» (колебание между утвердительными и отрицательными суждениями).