Что есть земная жизнь? Это постоянное «увиливание» от Контракта, избегание дорог Христовых, схождение с них, что, в свою очередь меняет «точку прибытия» и приводит к перенапряжению определенных сил на тонких планах. Вас ждут, в соответствии с Контрактом, «здесь», а вы появляетесь, согласно прожитой жизни, «там». Происходит энерго-корректировка всего плана, меняющая картину мира.

Человек, несущий Крест на плечах, погоняемый плетьми страха, вынужденный проходить через толпу инакомыслящих (за счет разности эго-программ), пытается сбросить тяжелый груз (карму). Попробуй Иисус по пути на Голгофу оставить Крест Распятия, стражники, взбешенные таким решением, заставили бы поднять его через издевательства и избиения. Так же действует Кармический Совет, правда лишенный плетей и ругательств, когда душа хочет «облегчить» свой путь, затерев пункты Контракта.

«Облегчение после смерти» это парадигма Эго-программы, которая направлена на оправдание деяний (частенько нарушающих Заповеди) совершенных на плотном плане. Крест, водруженный на плечи, сбрасывается только Вознесением, но не переходами между планами или измерениями. Улитка не расстанется с «домиком» опускаясь по стеблю осоки, торчащей над поверхностью водоема, в прохладную его глубину.

Что же держит скорлупу? Чем же закреплен Крест на плечах? Правильно, мой дорогой читатель, гвоздями.

Первый, «Не-верие в себя», торчит из правой ладони, второй, «Не-верие в Бога» – в левой, а ноги «стянул» третий, Страх. Любой твой страх – противовес Богу (Любви), «Не-верие в Бога» – антитеза Духу Святому (бездуховность сознания), Не-верие в Себя – противовес Сыну Божьему (отрицание пребывания Частицы Божьей в душе).

Но выдернув гвозди, просто рухнешь с Креста, – возразит осторожный читатель.

Это мышление третьего измерения, без гвоздей состоится Вознесение.

Мышление третьего измерения? – задумается читатель.

Вот, кстати, вопрос на сообразительность – Святая Троица это «атрибут» нашего измерения, а что Есмь в четвертом?

Святая Четверка! – воскликнет догадливый читатель и, подумав, добавит: – Мушкетеров.

Смешно, правда смешно, но Сын Божий (человек) входит в четвертое измерение со-творцом, богочеловеком и имеет возможность учительствовать, то есть иметь Сына (ученика).

Сын Сына – внук, – подскажет читатель, – значит, четверка – это Отец, Сын, Внук и Дух Святой.

Мне так хочется обнять тебя, читатель, на сегодняшний момент (нахождения в третьем измерении) пусть будет так.

Семь

Истинны ли цветы благоухающие, когда за букетом дарящий прячет ухмылку?

Да, если они числом семь.

Король ехал к невесте. Учитывая далеко не юношеский возраст и намечавшийся третий по счету брак, жених имел вид безрадостный и даже раздраженный. Запряженная шестеркой гнедых роскошная королевская карета подпрыгивала на дорожных ухабах в совершенном одиночестве, ее владелец предпочел путешествовать верхом, в сопровождении семи рыцарей. Этот немногочисленный отряд, мерно погромыхивающий на ходу доспехами, имел тем не менее столь внушительный вид, что не оставлял и малейших сомнений в своей способности легко разметать превосходящие силы противника (ежели таковые найдутся и посмеют), и Король был спокоен – за спиной лучшие из лучших.

Дорога, известное дело, прекрасное время для размышлений. Верзила, обладатель необъятной грудной клетки и огромного двуручного меча, мечтал о хорошо прожаренной кабаньей ноге, Красавчик, гарцующий вслед за ним, вспоминал пикантные подробности последней встречи с дамой сердца, копьеносцы, два брата-близнеца, по природе своей мыслящие симметрично, предавались философским рассуждениям (естественно, не вслух) на предмет неисповедимости путей Господних, а также невозможности предугадывания их направлений заранее. Низкорослый, но крепкий как скала рыцарь с устрашающего вида топором на поясе страдал от скуки, призывая всех Святых обрушить на головы путешественников какую-нибудь напасть или хотя бы небольшой отряд разбойников. Два арбалетчика из арьергарда просто глазели по сторонам, выискивая натренированным глазом среди деревьев и густой травы малейшее движение, которое можно было бы оценить как потенциальную цель и запустить туда, совершенно оправданно, арбалетный болт.

Каретный возница, в детстве пришибленный лягнувшей его кобылой, а посему не обладавший и зачатками интеллекта, не думал ни о чем, его единственной заботой было держаться кавалькады и не отставать.

Король, «летевший» в авангарде «свадебной» процессии, вспоминал свои предыдущие браки. Первую супругу, хоть и выданную за него по политическим соображениям, он любил, возможно, по молодости, а посему было жаль, что семейная жизнь с ней не продлилась долго. Чума, бушевавшая тогда по всей округе, не пощадила молодую королеву, так и не успевшую оставить потомства. Король страдал и долго не хотел даже слышать о новом союзе, но отсутствие наследника будоражило изощренные умы придворной «оппозиции» и привносило определенную нестабильность в и без того бурные воды дворцовых интриг.