Читаем Ответ Иову полностью

И голоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет; не будет уже в тебе никакого художника, никакого художества… и свет светильника уже не появится в тебе; и голоса жениха и невесты не будет слышно в тебе.

И раз мы ныне живем в конце христианского эона – эры Рыб, то невозможно отделаться от мысли о роковой судьбе, постигшей наше современное искусство.

Такие символы, как Иерусалим, Вавилон и т. д., естественно, всегда сверхдетерминированны, т. е. в их значениях содержится множество аспектов, а потому их можно истолковывать по разным линиям. Я ограничусь психологическим аспектом. Возможные варианты связи с событиями тогдашней истории я обсуждать не собираюсь.

Угасание всего прекрасного и жизнерадостного, неописуемые мучения всего живого, которое некогда вышло из расточительных рук Создателя, в какой-нибудь чувствительной душе, вероятно, могут вызвать глубочайшее уныние. А Иоанн пишет: «Веселись о сем, небо и святые Апостолы и пророки; ибо совершил Бог суд над ним ‹Вавилоном›» [C], откуда можно видеть, сколь далеко заходят мстительность и жажда разрушения и что означает выражение «жало в плоти» [CI].

Христос как предводитель воинства ангелов есть тот, кто «топчет точило вина ярости и гнева Бога Вседержителя» [CII]. Его одеяние «обагрено кровью» [CIII]. Он едет верхом на белом коне [70], а мечом, исходящим из своих уст, поражает «зверя», а с ним и «лжепророка» – вероятно, его и иоанново тёмное отражение или соответствие, стало быть, – тень. Сатана заключается в бездну на тысячу лет, и именно на такой срок воцарится Христос. «После же сего ему ‹Сатане› должно быть освобождённым на малое время» [CIV]. Тысяча лет астрологически аналогичны первой половине эона Рыб. Освобождение Сатаны по истечении указанного срока – а другую причину этого представить себе просто невозможно – соответствует энантиодромии христианского эона, т. е. Антихристу, чьё пришествие могло быть предсказано исходя из астрологических оснований. По истечении некоего точно не определённого срока дьявол будет, наконец, навсегда брошен в озеро огненное (а не уничтожен вовсе, как у Еноха), и всё первоначальное творение исчезнет [CV].

Теперь может состояться объявленный заранее священный брак, свадьба Агнца с «женой Его» [CVI]. Невеста – сошедший с небес Новый Иерусалим [CVII]. «Светило его подобно драгоценнейшему камню, как бы камню яспису кристалловидному» [CVIII]. Город имеет форму квадрата и сделан из подобного стеклу золота, как и его улицы. Сам Бог и Агнец представляют собою его храм и источник непрерывного сияния. Ночи больше нет, и ничто нечистое не способно проникнуть в город [CIX]. (Такая двойная гарантия гасит всё ещё не совсем угасшее сомнение!) От Божьего престола течёт вода жизни, а рядом стоят деревья жизни, что указывает на рай и плероматическое предсуществование [CX].