Читаем Отвергнутый (ЛП) полностью

Я задохнулась. Он был слишком прекрасен, к счастью, или нет? Он никогда не узнает. Он отличался от Никсона и Чейза, потому что был светлым. Вместо темных, у него были светлые коричневые волосы, с красноватыми проблесками местами.

Его глаза были невероятно голубого цвета, не бледными, а насыщенно темными, как шторм в океане. Злясь, он мог бы заставить самого Посейдона быть у себя на побегушках, напоминая бога.

Смахнув его волосы со лба, я наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку. В момент, когда мои губы коснулись его щеки, он сгреб мои руки над головой и перевернул на спину, прижав меня к матрацу своим телом. Текс навис надо мной, его глаза пылали.

— Я не хочу желать тебя. — медленно сказал он. — Не хочу. — его грудь вздымалась.

— Текс... — я коснулась его лица, теплые слезы бежали по моим щекам. — Тебе нужно поспать.

— Нет времени спать. — он слез с меня и положил голову на моё плечо. — Не тогда, когда ты на грани смерти.

Я замерла.

— Ты умираешь?

— Десять миллионов. — показал он. — Оскорбительно.

И потом он уснул.

А я всю оставшуюся ночь думала о принесенных жертвах, ведь они оказались напрасны они все еще преследуют его.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Мы так же сильны, как и наш Босс для других Боссов.

Серхио

— И? — спросил я, бросая ключи на стол, и взяв бутылку с водой.

— Десять миллионов. — сказал он, скучающим тоном.

Я уставился на свой телефон и продолжал смотреть.

Десять миллионов? Это шутка?

Как оскорбительно, не только для остальной семьи, но и для самого Текса. Только десять миллионов? Десять миллионов не обеспечат результата.

Кровь? Возможно. Смерть? Абсолютно. Но результата? Нам нужно было перейти к следующему шагу плана. Если ничего не изменить, то они все умрут.

Я умру.

Ничего бы не осталось. Идет чистка. И я сделал все возможное, чтобы не допустить этого, но в том то и дело, что призраки не существуют. Слишком много вмешиваешься, и люди начинают говорить. Никсон мог быть детективом с тем количеством вопросов, которые он задавал мне. Почему я действительно пошел на свадьбу? Почему я был у него дома? Почему я помогал, когда обычно оставался за кулисами? Что я должен был получить?

Я вздохнул, чувствуя себя более древним, чем в свои двадцать восемь лет и посмотрел на свой телефон.

— Хорошо, мы подождем, пока ставка вырастет. — проговорил Никсон.

— Но... — удивился я.

— Вот и все. — я достиг конца. В моей памяти осталась только Мо.

Единственное фото на моем экране, сделанное пока она не видела, когда я думал об этом, это казалось не самой романтичной вещью в мире. Но это все, что у меня было. Одна фотография. Одна ночь. Конец.

Забавно, потому что она сказала мне так же, но я не поверил ей. Я никогда не испытывал такого притяжения к другому человеку. Привлекательность, которая настолько сильна, что вы в конечном итоге делает глупые вещи. Как планирование на будущее.

Правило мафии номер один? Не планируйте, редко бывает счастливый конец. Десять миллионов. На моем лбу может быть написано и число. Черт, они должны были сделать лучше, чем это. У меня было два выбора. Пусть фишки упадут. Или маневрировать каждой фишкой для моей собственной цели для семьи, для Мо, для крови.

Проблема? Я бы вышел не как герой, а как злодей. На самом деле, я был уверен, что, если я сделаю этот шаг... если я перестану прятаться в тени, я в конечном итоге выстрелю.

Мертвый. Захороненный.

Я посмотрел на свой телефон, и сердце забилось у меня в груди. Если я ничего не сделал, она будет так же хороша, как и мертвая, все они будут. Это будет только вопрос времени, прежде чем все дойдет до босса. Возможно, не в этом месяце, может быть, в следующем месяце, черт возьми, это может быть за год до того, как все будет развиваться. Но опять же, концовка всегда была одинаковой.

— Мо. — прошептал я, прикоснувшись к экрану пальцами, лаская стекло, потому что в последний раз, когда я коснулся ее лица, она отстранилась, взяв мое сердце с собой.

Единственный раз, когда она уступила мне, потому, что злилась на него.

Я был ее лучшей защитой.

Теперь я буду ее защитой.

— Черт возьми. — я закрыл глаза и позволил себе на мгновение представить себе, какая будет свобода.

Я мог убежать, зная, что каждый шаг, который я сделал, был запятнан кровью моей семьи. О девушке, которую я любил с пяти лет.

Итак, дрожащими руками, я поднял трубку, набрал номер Никсона и сказал слова, которые я никогда не думал, что я повторю.

— Что? — Никсон рявкнул в телефон. — У тебя все хорошо?

— Я в деле.

— Серхио...

— Я закрою все сегодня вечером, встречу тебя в доме, оставайся до тех пор, пока тебе нужно время, чтобы уйти от призрака, брат.

Никсон выругался, телефон замолчал на минуту.

— Если ты сделаешь это, ты станешь мишенью. Ты скрывался не просто так, Серхио.

— Позволь мне беспокоиться об этом. — мой желудок сжался. — Я вернулся, приготовлюсь, грядет шторм, и я уверен, что ветер дует прямо с Сицилии.

— Верно. — Никсон вздохнул. — Я буду ждать дома.

— Окей. — я нажал отбой, медленно опустив свой телефон на стойку.