Читаем Отто Скорцени полностью

Ясно одно, что д-р Дольфус, раненный двумя пулями в первые минуты путча, лежал, истекая кровью, без какой-либо помощи, в то время как его ближайший помощник и коллега по правительству, майор Фей, все это время свободно расхаживал по зданию, вел различные переговоры и после шести часов захвата национал-социалистами дворца вышел из него целым и невредимым».

Третий интересный факт. В результате обыска в апартаментах Антона фон Ринтелена был найден список членов нового австрийского правительства, которое предполагалось создать в случае удачи нацистского мятежа. В этом списке фамилии Эмиль Фей и Тео Хабихт как кандидатов, предполагаемых на посты вице-канцлеров, стояли рядом.

Сам обвиняемый в сотрудничестве с мятежниками в качестве защиты избрал наступательную тактику. В августе 1934 года в политических кругах Вены активно обсуждали многочисленные резкие словесные перебранки между Феем, с одной стороны, и Штарембергом и Карвински – с другой. Последние открыто обвиняли его в том, что 25 июля он пошел на сотрудничество с гитлеровцами, предложив им свои услуги взамен за оставление его на прежнем посту в правительстве.

Понятно, что на основании изложенных выше фактов циркулирующие по столице страны слухи о том, что Эмиль Фей должен предстать за это перед Трибуналом Республики, имели реальное основание. Хотя этого так и не произошло. Основная причина заключалась в том, что обвиняемый пользовался полной поддержкой венского «Хеймвера». Это позволило ему прибегнуть к своего рода шантажу по отношению к своим коллегам из правительства Шушнига: если отдадите меня под суд и обвините в измене, то я подниму против вас тысячи прекрасно вооруженных людей. Дело дойдет до столкновения, результат которого трудно предвидеть.

Шантаж удался. Фей не предстал перед судом, и все на какое-то время утихло. Но это был не последний акт в жизни майора Фея. Эпилог наступил значительно позже⁸⁰. После аншлюса Австрии нацистской Германией 15 марта 1938 года он был допрошен сотрудниками гестапо, но его оставили на свободе, и вечером он вернулся домой. На следующее утро он сначала застрелил жену и сына, а затем застрелился сам.

Охота на заговорщиков

А вот другим активным участникам мятежа повезло значительно меньше. После того как обстановка в стране стабилизировалась, власти начали крупномасштабное расследование. Перед созданным уже 26 июля 1934 года Советом министров Чрезвычайным военным трибуналом должны были предстать в первую очередь руководители нападения на дворец канцлера и радиостанции, а также шесть полицейских и девять жандармов из охраны этих зданий, которые помогли им проникнуть туда.

Чрезвычайный военный трибунал, состоящий из представителей армии и Верховного суда страны, под руководством полковника Кубина (прокурором был Туппы, а обвиняемых защищали несколько лучших адвокатов, симпатизирующих нацизму) приговорил Хольцвебера за государственную измену к смертной казни через повешение, а Планетта – тоже к смертной казни по той же статье за убийство. Приговор был приведен в исполнение в тот же день. Был также повешен, согласно приговору, другой руководитель мятежа, Ханс Шаттерлох. К смертной казни приговорили тогда в общей сложности 13 из всех арестованных мятежников⁸¹.

В Третьем рейхе Отто Планетта был причислен к лику «героев великой Германии». Его имя впоследствии было присвоено венскому полку СС⁸².

Во время судебного процесса как Планетта, так и Хольцвебер пытались оспаривать обвинительный акт и лишь частично признали участие в событиях, которые привели к смерти канцлера Дольфуса. Но представленные прокурором доказательства были неопровержимыми. Главный свидетель обвинения, старый камердинер Дольфуса Хедвицек категорически заявил на суде, что именно Планетта два раза выстрелил в канцлера из пистолета.

Генерал-майор Вальтер Пуммерер, приглашенный судом военный эксперт, сообщил, что после разоружения мятежников во дворце было найдено с десяток винтовок, 69 пистолетов «Штэйр» калибра 9 мм и 1600 патронов. Все это указывало на организованный характер заговора. Стреляли только из двух пистолетов. Один из них принадлежал Планетта.

Другой судебный эксперт, доцент Отто Секей, также обвинил Планетта в убийстве канцлера, констатируя, что жертва умерла не в результате потери крови, а от пули, выпущенной из револьвера. Она прострелила шею в 6 см ниже уха и угодила в позвоночник, пробив спинной мозг. Ее выходное отверстие находилось вблизи лопатки. По мнению медика, рана была смертельной. Вряд ли бы политику помогла помощь самых лучших врачей. Можно было только продлить агонию либо облегчить страдания. Второй выстрел был не смертельным, однако у раненого начался медленный паралич позвоночника и ног.

Следствие, а затем судебное разбирательство показали, что заговорщики действовали в соответствии с полученными приказами и инструкциями. Руководителей заговора следовало искать среди тех, кто еще не был арестован во время мятежа⁸³.