Читаем Отто Скорцени полностью

Об этой статистике в современной Австрии предпочитают не вспоминать. Например, о том, что в 1945 году почти все мужское население страны (в возрасте от 18 до 60 лет) служило в германской армии. При этом большинство австрийцев-солдат долгое время считало дело гитлеровской Германии своим делом. Добровольно австрийцы начали сдаваться в плен только в 1943 году. Хотя количество таких пленных измерялось всего сотнями человек. А вот весной 1945 года в Вене, по разным оценкам, скрывалось от 10 до 30 тысяч дезертиров. Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что общее число дезертиров в Вермахте в феврале 1945 года оценивалось в районе 600 тысяч человек.

А вот другие цифры. В 1928 году, по официальным данным НСДАП, в Австрии было только 4466 членов нацистской партии. К январю 1933 года их количество увеличилось до 43 129, к концу 1938 года – 207 095, а к концу войны на 7 миллионов населения Австрии нацистов было около 600 тысяч³⁵.

При этом многие из них занимали руководящие посты в Вермахте и РСХА. Достаточно сказать, что 80 австрийцев-генералов верой и правдой служили Адольфу Гитлеру. Например, генерал-лейтенант Франц Беме, который начал войну в качестве командира 23-й пехотной дивизии, а закончил ее в качестве командующего всей германской армией в Норвегии; Александр Лер, начавший войну в Югославии в качестве командующего 4-й военно-воздушной армией, а закончивший главнокомандующим 12-й армией в Югославии; Лотар фон Рендулич, в 1938 году начальник штаба 17-го армейского корпуса, генерал-майор, в 1945 году – генерал-полковник и командующий германскими войсками в Хорватии и Сербии.

Значительную роль в боях в Югославии, а затем в Италии играли дивизии, в составе которых преобладали австрийцы. В Югославии «отличались» своими зверствами 718-я дивизия, в которой австрийцы составляли 80 % состава, и добровольческая дивизия СС «Принц Евгений»; первой командовал австриец генерал Фортнер, второй – некоторое время командовал австриец генерал Шмитгубер (до него – немец из Румынии Артур Длепс, после него – «германский» (имперский) немец Отто Кумм).

Почти весь руководящий аппарат управления оккупированных земель Югославии состоял из австрийцев.

Пауль Нейбахер являлся специальным уполномоченным гитлеровского министерства иностранных дел на юго-востоке Европы и его представителем при марионеточном сербском правительстве генерала Милана Недича (являвшегося военным министром Югославии) в Белграде.

Глэйзе-Хорстенау, являвшийся в Австрии до аншлюса министром внутренних дел в правительстве Шушнига, а в ходе самого аншлюса – вице-канцлером в правительстве Зейсс-Инкварта, был назначен главнокомандующим всеми германскими вооруженными силами в северной части Хорватии.

Август Мейсснер, обергруппенфюрер СС и генерал полиции, был с 1941 по 1944 год начальником гестапо в оккупированной Сербии.

Роберт Кронгольц, занимавший до аншлюса пост австрийского генерального консула в Белграде, выполнял во время оккупации особо секретные поручения на оккупированной территории; при его содействии было создано марионеточное правительство генерала Недича.

Константин Каммергофер, группенфюрер СС и генерал полиции, занимал во время оккупации пост командующего всеми полицейскими силами в Хорватии, в том числе и германского гестапо, и хорватской усташской полиции.

Весь германский оккупационный аппарат в Югославии состоял из австрийцев. Полицейский аппарат гестапо вербовался также из них. Неудивительно, что из 4433 военных преступников, зарегистрированных Государственной комиссией Югославии, 2062, то есть около половины, составляли австрийцы. Одно из самых страшных зверств за время оккупации Югославии – расстрел 7 тысяч граждан в Крагуевце 22 октября 1941 года – было совершено по приказу австрийца Рудольфа Берга, начальника гестапо в Крагуевце³⁶.

Почему так много австрийцев поступило на службу к нацистам? Австрофашизм и традиционная немецкая педантичность способствовали появлению нового типа функционеров Третьего рейха – исполнителей, добросовестно служивших государству, которое считали своим Отечеством. Формально все они были членами НСДАП и СС (без этого невозможно было двигаться вверх по служебной лестнице), но считать их убежденными нацистами или австрофашистами было бы не совсем корректно. Для них такое мировоззрение было одним из необходимых условий карьерного роста. Возможно, что Отто Скорцени относился именно к этой категории австрийских подданных.