Читаем Отступники полностью

— Я вас не держу, — сказал Гиллебертус. — Но сейчас вам лучше никуда не ходить. Вам следует отдохнуть и ещё погреться, к тому же я уже чувствую этот прекрасный запах дождя… Вот-вот грянет гроза. Ну куда вы пойдёте в грозу, ещё и по горам? Как только восстановится хорошая погода, я отнесу вас назад. Хворост у меня ещё есть, и я могу поделиться с вами своими запасами диких яблок, если вы проголодаетесь.

Джон вздохнул. Он тоже чувствовал запах мокрой земли и камня и был согласен с драконом, что ему пока стоит остаться. Только вот что там с Карой? Где она? Может, отправилась на его поиски одна? Это было бы очень мило с её стороны… И это бы в очередной раз доказало Джону, что Кара — это Кара, та, за кого она себя выдаёт, а не Жанетта, притворяющаяся добренькой, чтобы использовать его в своих целях. Впрочем, у Джона же оставался Ключ, а ради Ключа эта проклятая ведьма явно готова на всё.

Но будет ли она готова идти в дождь и грозу по горным тропинкам, будучи при этом в нарядном бархатном платье?..

Джон задумался. Гиллебертус сказал, что не почувствовал в его спутнице благородной крови. Но всё же как-то не верилось, что Жанетта не обладала этой самой кровью. Она и выглядела как настоящая королева, и вела себя так же… Она была властной, гордой, явно самовлюблённой, умеющей командовать… Изящной, стройной, с идеальной осанкой и надменным взглядом. Даже королева Кэберита, её величество Элеонора Первая, была… другой. Тоже гордой, тоже надменной, тоже с осанкой… Но другой. К тому же она уже состарилась, а вот Жанетта благодаря Каре могла сохранять молодость вечно.

С другой стороны, Джон помнил, что рассказывала ему Элет. Ведьмам в Шабаше стирали память, лишая их всех связей с прошлым, с семьёй, с друзьями… Уничтожали их привязанности, любовь и прочие чувства к тому, что могло бы их удержать за стенами Шабаша. И Жанетта, родившись в своё время в простой семье и впоследствии лишившись памяти, могла уже сама себе привить те особенности, которыми обладали представители знати. Сама в себе воспитала надменность и гордыню, сама научилась не ходить, а плавать лебедью, смотреть на всех снизу вверх и говорить презрительным тоном.

Кара, конечно, была не такой. Она обладала чувством собственного достоинства, была несколько брезглива и явно гордилась тем, что многое знала и умела. Но она не ставила никого ниже себя, в том числе и крестьян. Она походила на особу королевских кровей только прекрасной внешностью, но разве среди крестьянок мало красавиц? Будь Кара Жанеттой, она, конечно, могла бы играть, изображая из себя девицу попроще, нежели глава ведьм, но всё же…

Джон покачал головой. Каждый раз мысли о Каре-Жанетте заводили его в тупик.

Он так и не доверился ей до конца.

Захотелось вдруг поговорить об этом с драконом. Гиллебертус — молодой, несколько наивный, болтливый, — не очень-то походил на древнее мудрое существо, способное ответить на любой вопрос и дать любой совет. Но всё же… Джон ощущал странное доверие к нему. Он ведь добр, он не желает людям зла… Может, поможет чем? Даст совет или какое-то напутствие?

При этом Джон понимал, что придётся рассказать Гиллебертусу всё с самого начала, а это займёт немало времени… Впрочем, важным было не это. Важным было то, что Джону вовсе не хотелось вспоминать и проговаривать вслух некоторые моменты этой истории. Это было больно и неприятно; мысли впивались в мозг и душу отравленными стрелами, а слова сковывали язык и никак не хотели соединяться в связную речь.

Значит, нужно поставить свой вопрос как-то обобщённо, не называя имён и не углубляясь в дебри истории… Джон задумался.

— Гиллебертус, — позвал он спустя пару минут молчания. — Как по-вашему: если человек просит довериться ему, но ты так и не можешь до конца… — Он сглотнул. — Ну не получается ощутить это доверие, постоянно ждёшь от этого человека какой-то подставы… удара в спину…

— Вы про свою очаровательную спутницу? — поинтересовался дракон.

— Как вы догадались?

— А про кого же ещё… Я не знаю всех подробностей, но всё же посмею дать совет. Вы ждёте от неё удара в спину, но попробуйте ждать чего-то хорошего, — предложил Гиллебертус. — Например, того, что она сейчас очень за вас переживает и ищет вас.

— Понимаете, у меня есть вещь, которая ей нужна, — признался Джон. — Если она и придёт сюда, то скорее за ней, нежели за мной.

— Ну вот, а вы думайте, что она придёт в первую очередь за вами. Представьте, что эта вещь осталась бы у неё, а она бы всё равно отправилась вас искать. По-моему, это не так сложно.

И правда, представить Кару, бредущую по горам, сжимая Ключ дрожащими пальцами, было вполне легко. Может, Гиллебертус и прав… Джон понимал, что это удастся проверить только тогда, когда они дойдут до Конвея и Кара сделает то, что хотела. Если же всё окажется иначе, в точности до наоборот… Если Кара — это всё та же Жанетта, которая вместо того, чтобы закрыть Врата, распахнёт их настежь… Джон не знал, что будет тогда делать. Скорее всего, он и не успеет ничего сделать.

— Спасибо, — искренне поблагодарил он дракона. — Я постараюсь.