Читаем Отрицание ночи полностью

Братья и сестры привыкли к исключительности Люсиль. Лизбет выделывала разнообразные пируэты и потрясающие акробатические трюки, Варфоломей прекрасно играл в теннис, Жан-Марк каждые выходные участвовал в соревнованиях по спортивному плаванию, Мило бегал. Малыши тоже проявляли завидную живость – стоило только взглянуть на то, как они скачут, танцуют и жестикулируют.

Урок физкультуры в лицее Ламартин превратился для Люсиль в пытку, ожидание которой не давало ей спокойно спать. В самом начале года она объясняла свое отсутствие на занятиях мигренями, болезненными месячными и несварением. Но Лиану не обманешь. И Люсиль снова стала посещать занятия. С камнем на сердце, с потными ладонями, приняв аспирин или что-нибудь от желудка.

Впрочем, ее терпение вскоре лопнуло. Со второго триместра безо всякой уважительной причины Люсиль снова принялась отчаянно косить от уроков физкультуры. Она бродила по улицам или сидела на скамейке в сквере, не замечая ни минут, ни часов. Пристрастившись к медитативному времяпрепровождению, Люсиль поняла, что и другие скучные уроки можно пропускать. Она подписывала дневник за Лиану и чувствовала себя свободной.

Ей был просто необходим воздух.

На каникулах, когда стояла теплая погода, Лиана с детьми регулярно ездили в Пьермонт – в семейный дом Лианы. Жорж присоединялся к ним по выходным. Люсиль, ее братья и сестры обожали эти места – запах мела, пыли и сырости в доме, карканье ворон, близость канала и реки. Дети подружились с соседскими ребятами своего возраста. Мало-помалу Люсиль, Лизбет и Варфоломей, к тому времени уже подростки, нашли себе целую компанию единомышленников. По вечерам они по очереди спрыгивали с балкона второго этажа и отправлялись навстречу приключениям. Перелезть через балкон, в общем-то, не составляло труда, хотя Люсиль несколько раз оступилась и всех переполошила, прежде чем усвоить нехитрую сноровку. Убедившись в том, что путь свободен, подростки мчались к маленькой сумеречной площади – своему излюбленному месту. Дружеской компанией ребята двигались в сторону реки, где, устроившись на берегу, болтали, пили лимонад или пиво и курили.

Однажды во время такой посиделки разговор зашел об отвратительном Пише, местном табачнике и пьянице, который бесстыжим образом эксплуатировал девочку, по неизвестным причинам доверенную ему государственными органами призрения на каникулы. Люсиль считала, что он ее домогался. Вот уже несколько месяцев, якобы опасаясь воровства, Пише запрещал подросткам всей компанией заходить в свою лавочку. Люсиль предложила совершить вторжение и покарать похотливого старика. Варфоломей разработал план. Товарищи решили «сорвать морковку», иначе говоря, сорвать и похитить красную ромбовидную вывеску с надписью «табак». Операцию назначили на следующий вечер. Снять вывеску оказалось не так-то просто, процесс занял порядочно времени – «морковка» висела выше, чем предполагалось, и весила около двадцати килограммов. Люсиль руководила разбоем. После нескольких неудачных попыток и подавленных смешков Варфоломей с приятелем добились желаемого результата. Вывеску отнесли на другой конец деревни и спрятали в заброшенном сарае. Люсиль ликовала!

На следующий день в газете «Yonne républicaine» появилась заметка о таинственном исчезновении вывески. Маленькая преступная шайка решила продолжить подвиги и в тот же вечер атаковать другую табачную лавку Пьермонта, чей владелец, не столь омерзительный, сколь зловещий, в любом случае ни у кого не вызывал симпатии. Вскоре в газете напечатали заметку побольше – журналист предполагал, что хозяева лавочек друг у друга «на мушке». Опьяненные успехом, подростки захотели развернуться по-настоящему. Спустя несколько дней, приложив немало усилий, они на тележке вывезли из соседней деревни еще одну вывеску табачной лавки. Газета посвятила событию целую вторую страницу: «Новая пропажа: кто они, загадочные похитители?»

Люсиль была счастлива.

Ей нравилось делать что-то абсурдное и совершенно бесполезное. Анонимная слава – никакой гордыни.

В результате все каникулы подростки занимались исключительно коллекционированием вывесок и нагромождением их в старом сарае. Местная пресса сходила с ума по «морковным» ворам и всякий раз выдвигала новые гипотезы. Однажды, проходя мимо газетного киоска, Люсиль всплеснула руками, увидев на первой полосе газеты: «Похитители табачных вывесок наносят новый удар!» Люсиль немедленно купила газету и принесла домой. Статья пестрила предположениями одно глупее другого: вывески крадет безумный маниакальный коллекционер; материалы идут в переработку; первые проделки региональной мафии; организованная борьба антитабачной лиги…

Команда из семерых «морковников» отказалась от продолжения приключений, только когда полиция Осера начала официальное расследование.