Читаем Отрицание (ЛП) полностью

себя чувствую. – Я падаю на матрас. – Что происходит? – Я пытаюсь поднять руку со своего лица и не

могу. – Я не могу двигать своей рукой. Кейден, я не могу двигать своей рукой!

- Ты в порядке, - обещает Кейден, ложась рядом со мной.

- Я не могу…

- Я понял, - говорит он, передвигая мою руку и держа ее между нами. – Натан дал тебе кое-

какое сильнодействующее лекарство, чтобы убедиться, что ты отдохнешь. Ты просто реагируешь на

него. Как твоя боль?

- Нет боли. Я просто странно себя чувствую. Правда странно. – Мои ресницы опускаются, и

незвано, я тотчас переношусь в другую спальню. В ту ночь. К его кровати. Провал в памяти, я

проживаю его, чувствую его.

Голая. Холодно. Я продолжаю смотреть на часы, желая, чтобы он вернулся. Прошло два часа,и мужчина, который я думала был защитником, сейчас ощущается, как мой тюремщик. Он – мой

тюремщик. Двери, которые он закрыл, открываются, и он стоит там, до сих пор полностью одетый,медленно прохаживая ко мне. Я пытаюсь увидеть его лицо. Почему я не могу видеть его лицо? Он

останавливается в конце кровати, и я злюсь на него. Мне больно. Он не раздевается, и, если я бы

обычно смотрела на него, наслаждаясь каждым восхитительным дюймом его тела, я отворачиваю

свою голову, каждая проходящая секунда сильнее наказания. И когда его руки опускаются на мои

лодыжки, и он приказывает: - Посмотри на меня, - я не смотрю. Не буду.

Мои глаза распахиваются, и Кейден до сих пор лежит рядом со мной, и когда я смотрю на него, я вижу защитника. Я вижу страсть. Но я уверена, он смотрел на меня просто, как Кейден смотрит

сейчас. До той ночи. – Пожалуйста, не будь им, - шепчу я, и наступает темнота.

Глава Семь

Я открываю свои глаза и сразу же понимаю, что лежу в свернувшемся положении, уютно

устроившаяся под теплым одеялом, дождь брызгает в прямоугольный ряд окон передо мной, тусклый

свет врывается через шторы. Воспоминания накрывают меня, и я начинаю соединять в одно целое все

события, которые привели меня сюда. Больница. Лестничный проем и Галло, показавшийся наверху.

Адриэль. Мучительный холодный бег под дождем через парковку церкви. Обжигающий страстный

поцелуй с Кейденом у той самой церкви. Затем был доктор-друг Кейдена, который дал мне таблетки, следовавший за Кейденом, несущим меня в спальню дома его друга. В конце концов, был он, укладывающий меня на кровать, на эту кровать, я предполагаю, где я не трачу даром времени и падаю

в обморок. Потому что, почему я бы не захотела потерять сознание, пока нахожусь в кровати с

мужчиной с самым жарким качеством из списка, особенно после разделенного обжигающего

страстного поцелуя? Любопытствуя о том, где он, я пытаюсь перевернуться только, чтобы понять, что

на моей талии лежит что-то тяжелое.

- Ты наконец проснулась.

От звука глубокого, сексуального голоса Кейдена, я переворачиваюсь лицом к нему, мой взгляд

сталкивается с его в тот же момент, как я понимаю, что не только я раздетая, но и он тоже. О, Боже.

Может, я не уснула. – Пожалуйста, скажи мне, что у нас не был секс, а то я не помню.

- Если бы у нас был секс, дорогая, я обещаю тебе, я бы обеспечил, чтобы ты запомнила. – Его

рука лежит на моем бедре, на одеяле, но я, ох как понимаю, что я полностью голая под ним. – И на мне

нет трусов.

- О. Я думаю, я была очень занята заметить свою наготу и… твою грудь. – Я надавливаю рукой

на лицо. – Мне надо перестать говорить. – Он смеется, и я подглядываю через пальцы. – Пожалуйста, скажи мне, что я сама разделась.

- Ты не могла даже поднять свою собственную руку после того, как Натан дал тебе

обезболивающее.

Моя рука падает с лица, и я широко открываю рот. – Ты раздел меня?

- Ты была мокрая и холодная, и я не смог бы постирать и высушить твою одежду с тобой, одетую в нее.

- Ты раздел меня.

- Да, - подтверждает он. – Я раздел тебя, и да, я знал каждую секунду, насколько ты была голая

в тот момент, как и я прямо сейчас. – Он избавляет меня от ответа. – Как ты себя чувствуешь?

Я натягиваю на себя одеяло. – Чувствую?

- Твоя голова, дорогая. Тебе больно?

- О. Я… - Мои брови сдвигаются, и я забываю о своем раздетом состоянии. – Вау. Нет. Не

больно. Это удивительно. Это замечательно. Что за таблетки твой доктор-друг дал мне?